ДРЕВНИЕ ВЕКА

Бухарские евреи - одна из древнейших еврейских общин мира, история которой уходит в глубину веков. В течении более двух тысяч лет эта община сумела сохранить свою веру и национальную принадлежность, живя почти в полной изоляции от мирового еврейства.

Неизвестно, когда евреи впервые поселились на территории Средней Азии. Бухарско-еврейская легенда гласит, что они потомки евреев (потерянные колена Израиля), которые в 722 году до нашей эры были выселены ассирийцами из Израильского царства в местность Хадор, отождествляемой у бухарских евреев с Бухарой. Очень сомнительно однако, что Хадор это Бухара, археологи утверждают что Хадор находился в северной Мессопотамии, на территории современного Ирака. Вполне вероятно, что эти евреи в последствии мигрировали на восток в Иран и на Кавказ. Известно, что горские евреи Кавказа также считают себя потомками Хадорских евреев.

Однако, Хадор не был единственным местом выселения десяти колен Израиля. Часть населения ассирийцы поселили в Хузистане (юго-западный Иран) и в Мидии, территория которой примерно корреспондирует со всем западным Ираном. Ассирия была огромным государством, её территории простирались от Египта до Ирана, а вассальные земли простирались вплоть до левобережья Амударьи. Рассеянные по всей Ассирии израильтяне, вдали от родины, постепенно исчезли с лица земли смешавшись с Иранскими и Средне-Азиатскими народами. Однако, они оставили после себя часть своей культуры, которая прослеживается среди некоторых народов Азии. Пример тому кочевники белуджи и пуштуны, живущие в сопредельных территориях Афганистана, Ирана и Пакистана. Они в частности считают себя потомками древних израильтян, используют еврейские имена и зажигают субботнии свечи. Другой народ, именующий себя Бней Менаше (сыны Менаше) и живущий на востоке Индии, на границе с Бирмой, также считает себя потомком древних израильтян. По их преданиям, после долгих скитаний и преследований они оказались в Китае (через Среднюю Азию?), откуда вынуждены были бежать в Индию, где были найдены христианскими миссионерами. Обнаружив сильное сходство между Библией и своими преданиями они впоследствии приняли христианство. Таким образом, вполне возможно, что первые евреи Средней Азии были изгнанниками из Израильского царства, но в тоже время, в течении 2,500 лет было множество миграций евреев из окружающих стран в Среднюю Азию.

Существовало множество причин по которым евреи вынуждены были покинуть Эрец Исраель (Земля Израиля). Стратегически располагаясь на территории между Азией и Африкой земля Израиля всегда была выгодной добычей египтян, ассирийцев, вавилонян, персов, греков и римлян. Каждый из этих захватчиков выселял часть населения из-за стратегических соображений в отдаленные страны. Не только вынужденное выселение было причиной распространения еврейского народа. Экономические, социальные и политические условия создавали возможность эмигрировать. Кроме того, евреи также служили в войсках государств под контролем которых находился Израиль, таким образом распространяясь по территориям тех или иных государств.

В 586 году до нашей эры Иудейское Царство постигла та же участь, что и Израильское Царство 140 лет назад. На этот раз покорителем был Вавилонский царь Навуходоносор. Последующее выселение еврейского народа в Вавилон и его пребывание там стало известно как Вавилонское Пленение. Это пленение продолжалось в течении 49 лет до 537 года до н. э., когда Персидский царь Кир, создатель новой великой империи, разрешил евреям вернутся на свою родину. Но, не все евреи решили вернутся, многие из них остались в Вавилонии, откуда в последующие века мигрировали на восток в Среднюю Азию.

Ко времени присоединения Израиля к Персидскому царству евреи уже жили в Египте и Мессопотамии (Ирак). Двести лет длилось Персидское владычество над Израилем, и за это время еврейский народ распространился по всей территории этой огромной империи, от Греции до Индии. Огромные еврейские общины находились в Вавилоне, Сардах, Экбатане (Хамадан) и других городах империи. Большую общину имела и столица Персии - город Суза. Здесь разворачиваются великие события описанные в книге Эстер. В правление царя Ахашвероша (Ксеркс) его главный министр Хаман решил уничтожить еврейский народ, но благодаря храбрости еврейской девушки Эстер план не удается и в день когда еврейский народ должен был быть уничтожен евреи восстали и перебили всех своих врагов по всей империи. Книга Эстер говорит, что евреи восстали в каждой сатрапии, от Эфиопии до Индии, а так как Бактрия, Согдиана и Хорезм были Персидскими сатрапиями, то вполне вероятно, что там уже существовали еврейские общины. Но, не все Персидские цари были так благосклонны к евреям как Кир и Ахашверош, около 360 года до нашей эры Персидский царь Артаксеркс III, во время похода в Египет, по какой-то неизвестной нам причине, депортировал многих евреев в Гирканию (Горган), на побережье Каспийского моря, у границы Ирана и Туркменистана.

Первые археологические свидетельства проживания евреев на територии Средней Азии были обнаруженны советскими исследователями во время раскопок в Туркмении в городах Мерв и Баирам-Али в 1954 году. Были обнаружены остатки древней синагоги, а также черепки с еврейскими надписями и именами. Обнаруженное относилось от 2 (второго) века до н. э., к 1 (первому) веку н. э., ко времени, когда эти территории были под контролем Греко-Бактрийского и Парфянского царств. К этому времени также относится основание Великого Шелкового Пути, несомненно, благодаря которому евреи проникли в глубь Средней Азии и далее в Китай.

Сам термин Средняя или Центральная Азия не существовал до его изобретения в 19 веке Английскими и Российскими политиками. В древности территории Средней Азии были известны под различными названиями: Бактрия, Согдиана, Хорезм, Давань (Фергана), Маргиана, Парфия и Тохаристан. После Арабского вторжения территория по правобережью Амударьи называлась Мавераннахр (что в переводе с Арабского "за рекой"), а левобережье стало известно как Хорасан. При Монголах Средняя Азия называлась Чагатайским Улусом, а с 16 до 20 веков была известна, как Бухара, Хива и Коканд. С 1867 года, как Туркестан, а после национального размежевания в 1920х на этой территории были образованы пять республик: Узбекистан, Таджикистан, Туркменистан, Кыргызстан и Казахстан. Исторически, Средняя Азия также включает в себя весь северный Афганистан (Южный Туркестан) и северо-восточный Иран (Хорасан). Эти территории неразделимо связаны с историей бухарских евреев.

В первые века нашей эры поток еврейских переселенцев в Среднюю Азию увеличился за счёт евреев Вавилонии и Палестины. Несомненно, среди новых переселенцев были евреи чудом спасшиеся во время Иудейской Войны (66-70), и восстания Бар Кохбы (132-135). После последнего восстания римляне окончательно изгнали евреев из Иерусалима и части Иудеи. Еврейские общины в то время существовали в Мерве, Термезе, Балхе. Об их существовании говорят не только археологические находки, но и послание, которое было отправленно в первом веке Патриархом Гамалиилом I к евреям Персии и "всем прочим изгнанникам-евреям", то есть евреям Средней Азии. Другим неоспоримым источником о евреях в Средней Азии можно считать Вавилонский Талмуд, где мы находим историю о неком еврее по имени Самуель бар Бисна, жившим в Мерве в первой половине IV века.

До Арабского вторжения Средняя Азия была населена различными народами, которые исповедовали множество религий. Буддизм, индуизм, зороастризм, христианство и иудаизм существовали по соседству без проблем. Средняя Азия была также одним из немногих убежищ для евреев Ирана, которые подвергались преследованиям со стороны зороастийских жрецов и Иранских царей. Преследования начались при Сасанидском царе Ездигерде III (440-457) и продолжались при его сыне Фирузе (458-485). Гонения евреев при Ферузе превзошли те, что были при его отце. На ложном обвинении он приказал истребить половину всех еврейских жителей Исфахана, а их детей воспитать как приверженцев культа огня. Тысячи евреев были убиты и изгнанны из Ирана, были также закрыты еврейские академии в Ираке. Притеснения продолжались при царях Кавиде и Ормузе IV. Последствием этих гонений было переселение еврейских общин в Среднюю Азию и Индию, а также поддержка арабских завоевателей в VII веке.

СРЕДНИЕ ВЕКА

Арабское завоевание Средней Азии было долгим и кровопролитным. Ещё не успев завоевать Иран они уже вторглись в пределы Средней Азии где грабежом, насилием и обманом они устанавливали контроль над Согдом, Хорезмом и Ферганой. Неизвестно как отнеслись к этому завоеванию местные евреи, были ли они на стороне арабов мы не знаем, но известно, что арабы не щадили христиан, а превращали их церкви в мечети. Таким образом, как бы то небыло, иудаизм остался практически единственной другой религией кроме ислама в Средней Азии.

На землях захваченными арабами проживало около 90 процентов евреев мира. Арабы сохранили независимость еврейских общин которым было разрешено жить по законам Торы. Но, в тоже время были изданы дискриминационные законы, ставшие известными как "Законы Омара". Эти законы были изданы при халифе Омаре, который в тоже время очень благосклонно относился к евреям; по преданию он отдал последнюю персидскую принцессу в жены великому еврейскому эксиларху того времени Бостанаи. Однако, вернемся к этим законам, по ним евреи должны были платить два налога, от которых мусульмане были освобожденны. Первый был "джизия" (поголовный налог), а второй назывался "харадж" (поземельный налог), евреям было также запрещено носить оружие и ездить на лошадях. Одежда евреев должна была быть отличительной от одежды мусульман.

Из-за поземельного налога евреям стало невыгодно владеть землей и заниматся сельским хозяйством, и они почти полностью занялись торговлей и мелким ремеслом. Вскоре евреи контролировали экономику и торговлю исламских стран. Евреи держали в своих руках большую долю торговли с Европой, и даже были использованны как послы между исламскими и христианскими странами. Евреи того времени были не только государственными чиновниками, финансирами и врачами, но и купцами, ювелирами, менялами, красильщиками шелка, цирюльниками, сапожниками, мясниками и кузнецами. В руках евреев также была не малая доля торговли на Великом Шелковом Пути.

Великий Шелковый Путь существовал ровно 1600 лет, до тех пор пока не были открыты морские пути в Китай в 15 веке. В течении всего этого времени Средняя Азия была одной из самых развитых и процветающих стран на земле. Были высоко развиты наука, искуство и градо-строительство. Древнейшие города Средней Азии: Бухара, Самарканд, Термез, Мерв и Ургенч до сих пор поражают нас своим прежним величием и славой. Евреи играли огромную роль в экономической жизни Средней Азии того времени. Еврейские купцы известные в истории, как Раданиты вели свои караваны на восток в Китай и на запад в Европу. Они установили много торговых постов по дороге в Китай, где многие из них поселились. Евреи появились в Китае ещё в III веке, однако первые достоверные сведения об их пребывании там относятся к 718 году, по документам найденным в Кашгарии. Самая большая еврейская община обосновалась в городе Кайфенг, что в центральном Китае. Со временем, число евреев в этом городе увеличивалось за счёт новых переселенцев из Средней Азии, и в 1163 году, с разрешения Китайского императора общине была выделена земля на которой было разрешено построить синагогу. В последующие годы, эта община потеряла все связи с евреями Средней Азии и была забыта пока её не обнаружили христианские миссионеры в 18 веке. Община Кайфенга просуществовала до середины 20 века.

В ранний исламский период, крупнейшим центром еврейской жизни в Средней Азии был Самарканд. Великий еврейский путешественник ХII века Бенджамин из Туделы писал, что в Самарканде проживает не менее 30.000 евреев. Нет также сомнения, что евреи жили и в других крупных городах региона: Бухаре, Мерве, Термезе, Балхе, Герате, Нишапуре и Ургенче. Многие Средне-Азиатские евреи стали известны в исламском мире как врачи и ученые. Один из них был Сагль Аль-Табари, родом из Табаристана (у Каспийского моря, около 800 г.), который славился среди Арабов, как врач и математик. Он перевёл на арабский язык Альмагест греческого астронома Птолемея. Некоторые евреи достигли большого почета при Газневидах (Х-ХI века), которые доверили им управление рудников в Балхе и Хорасане. Несомненно, что евреи также служили Саманидам (Х век) и Хорезмшахам (ХII-ХIII века).

На Х - ХIII века пришелся наивысший расцвет духовной культуры и независимой мысли бухарских евреев. Находясь в дали от академий Ирака, евреи Средней Азии начали развивать собственные взгляды на иудаизм и пренебрегать законами Торы. Вавилонские евреи, которые считали себя "настоящими" евреями, стали обвинять своих собратьев из Средней Азии в нарушении "кашрута" и в смешении с местными народами, а также в еретических взглядах на иудаизм. Конечно, эти обвинения были не без оснований. Ещё в середине VIII века некий еврей по имени Абу-Иса, родом из Исфахана, объявил о приближении Мессии и поднял восстание против арабов в северном Иране. Его войска были вскоре разбиты, а он сам погиб в битве, однако, его еретическая секта просуществовала ещё несколько веков. В IX и Х веках, в Средней Азии распространилось еретическое учение иудаизма известное, как Караимство. Караимы признавали Тору, но отвергали Талмуд. Одним из лидеров караимов в Средней Азии в Х веке был Менахем из Гизны (Газни). Известно, что он отправился в Александрию, где пытался доказать правоту своих взглядов перед талмудистами. Но, всё-таки, звание главного еретика следует отнести к одному из крупнейших рационалистов среди бухарских евреев того времени раббаниту Хиви Ал-Балхи. Он жил и преподавал в городе Балхе, что на севере сегодняшнего Афганистана, в Х веке. Хиви Ал-Балхи написал несколько сочинений против Торы, плюс ещё 200 возражений против её достоверности. Хиви был первым рационалистическим критиком Торы, который не останавливался ни перед чем. Однако, будет несправедливо сказано, что все евреи Средней Азии придерживались еретическим возрениям. Большинство по прежнему продолжало подчиняться еврейским эксилархам (принцы в изгнании) и гаонам в Ираке. Как писал Бенджамин из Туделы эксилархи пользовались неограниченной властью среди еврейских общин. Они имели право назначать руководителей общин, и никто не мог воспротивиться этому, так как власть их была огромна и имела поддержку всемогущего Халифа. Ежегодно в Багдад со всех еврейских общин, в том числе из Самарканда и других городов Средней Азии, под сильной охраной свозились средства в казну эксилархов.

В начале ХIII века многовековому процветанию Средней Азии был положен конец, когда в её пределы вторгся Чингизхан. Как карточный домик, под ударами его армий пала до того не победимая империя хорезмшаха Мухаммада. Один за другим были взяты Бухара, Самарканд, Ходжент, Ургенч и Балх. Города эти были разрушенны, а их население уничтоженно, в этой оргии не щадили никого, ни евреев, ни мусульман. Ещё долгие годы после нашествия развалины этих некогда великих городов напоминали странникам о своем былом могуществе и славе. Были уничтоженны многие древние еврейские общины. Сохранилась вероятно община Бухары, куда стекались уцелевшие евреи. С тех пор Бухара становится центром Средне-Азиатских евреев. Жалкие остатки некогда великих общин также уцелели в Балхе, Мерве и Хорезме. Монгольское вторжение отрицательно повлияло на жизнь евреев Средней Азии. К ХIII веку относится начало упадка Средне-Азиатского еврейства, которое продолжалось, хоть и с небольшими перерывами, до конца 18 века.

Несомненно, некоторое возрождение среди бухарских евреев произошло во время правления Тимура (1370-1405). Этот завоеватель, прославившийся своею жестокостью, грабежом, насилием, разрушениями и уничтожением миллионов людей, все-таки имел одну полезную черту в своем характере: благотворительство к торговле, исскуству и градо-строительству. Однако, это благотворительство относилось лишь к его столице Самарканду, Шахризабсу и нескольким другим окрестным городам. Для восстановления Самарканда, который должен был превратиться в жемчужину востока и столицу мира, Тимур сгонял со всех захваченных стран мастеров, ремесленников и ученых.

Тимур видимо благодействовал бухарским евреям, так как в его правление они поселяются на его родине в Шаризабсе, и в Ташкенте. После взятия Бухары Тимур переселил оттуда несколько сот еврейских семей в Самарканд, назвав эту новую еврейскую общину "Бухарской". С тех пор, по преданию, это название закрепилось за Средне-Азиатскими евреями. Однако, по другой версии, определение Средне-Азиатских евреев как "бухарских" появилось в 16-17 веках когда вся Средняя Азия была под контролем Бухары и естественно все Средне-Азиатские евреи жили в Бухарском государстве. Сами же бухарские евреи называли себя “яхуди” или “исроель”.

ЕВРЕИ В БУХАРСКОМ ЭМИРАТЕ

Короткий период расцвета Средней Азии при Тимуридах окончился в начале 16 века, когда в Среднюю Азию вторглись кочевые племена Узбеков. Захватив власть, они установили ревностное соблюдение ислама и Средняя Азия впала в темный век религиозного фундаментализма. Бухара закрылась от окружающего мира, потерявшись в песках перестал существовать Великий Шёлковый Путь, торговля с внешним миром было доведена до жалкого состояния, была забыта наука и всякое инакомыслие наказывалось. Эти события очень отрицательно отразились на развитии Средней Азии в течении следующих 300 лет.

Все это также негативно повлияло на жизнь бухарских евреев. Отрезанные от окружающего мира и живя почти в полном бесправии они постоянно подвергались фанатическим издевательствам местных властей, которые в свою очередь подстрекались мусульманским духовенством. Власть, духовенство и простой необразованный народ смотрели на евреев как на чужаков, которые в океане исламского мира не хотели терять свою религию, а с ней и свою обособленность. Евреи жили отдельно в своих кварталах, стараясь без нужды не выходить из их пределов, так как могли подвергнуться издевательствам толпы. Единственная надежда была на ханов и эмиров Бухары, но и они нередко становились участниками злодеяний по отношению к евреям. Часто перед евреями ставилось условие: смерть или ислам. До наших дней дошло не мало историй когда евреи отказывались от выбора ислама и гибли мученической смертью. Другие же, более слабые душой или ради сохранения семьи переходили в ислам. Эти люди были известны под названием "Чала". "Чала" в тайне продолжали соблюдать еврейские обряды, но и ходили в мечеть, чтобы не создавать подозрений среди мусульман. Их жизнь была очень тяжелой и мучительной, им не доверяли ни евреи, ни мусульмане. Женились они только между собой и жили в основном бедно. Другие же в погоне за выгодами ислама полностью забывали иудаизм, и вскоре терялись среди народов Средней Азии. И сейчас среди Таджиков и Узбеков очень многие утверждают, что их предки были евреи.

К середине 18 века, бухарские евреи были в жалком положении и их существование было под угрозой. Упадок бухарского еврейства также отразился на экономической деятельности народа, основными занятиями которого в те времена стали мелкая торговля, крашение шелка и различные ремесла. Героизм еврейских мучеников и тяжелую жизнь тех времен немало описывают в своих литературных произведениях бухарско-еврейские писатели того времени Юсуф Яхуди и Ибрагим Ибн Абджил Гейр. Они также перевели на бухарско-еврейский язык немало библейских рассказов и историй.

С древнейших времен живя среди ирано-язычных народов бухарские евреи приобщились к языку фарси. На этом древнем языке говорили ещё во времена Персидской империи. Евреи переняли персидский язык, и так как в Средней Азии говорили на таджикском языке, мало чем отличавшимся от персидского, они сохранили его. И даже когда во многих местах тюркский язык вытеснил персидский, евреи продолжали говорить на фарси, став таким образом носителями ирано-язычной культуры. Со временем, этот язык превратился в диалект, и стал называться Бухарским. От таджикского, бухарский язык отличается произношением, и присутствием многих слов из иврита. Началом бухарского языка можно определить Х и ХI века, в епоху Саманидов. Основоположником же класического бухарского языка считается писатель Мавлана Шахин. Но, в то же время бухарские евреи сохранили еврейскую письменность, и на её основе писали бухарский язык. Со временем, в бухарский язык вошло много слов из русского языка. Некоторые лингвисты считают бухарско-еврейский диалект таджикского отдельным языком.

В середине 18 века практически все бухарские евреи жили на территории Бухарского Эмирата, который включал в себя долины рек Зеравшан и Кашкадарья, среднее течение Сырдарьи, восточную Туркмению, западный Таджикистан и северный Афганистан. Границы Эмирата, однако, постоянно изменялись, в связи с постоянными войнами, которые вели Бухарские эмиры со своими соседями. Города с основным еврейским населением были Бухара, Шахризабс, Кермине и Самарканд. Остальное еврейское население проживало в Зерафшанской долине, Карши, Мерве и Балхе. Небольшие общины находились в Ташкенте и в Ферганской долине. С конца 18 века, происходит увеличение еврейского населения Средней Азии. Этот прирост населения стал возможным благодаря высокой рождаемости, тогда в семьях имелось в среднем по 8-10 детей, и эмиграции евреев из Афганстана, Ирана, Турции, Палестины и даже Иемена в Среднюю Азию. В 18 веке в Бухаре начинают селиться сефардские евреи, которые после изгнания из Испании в 1492 году бежали в исламские страны. В 18 и 19 веках, усиление религиозного фанатизма и экстремизма в исламском мире и особенно в шиитском Иране привела к массовой иммиграции евреев в Бухарский Эмират и Кокандское Ханство, где к евреям относились более терпимо. Здесь нашли убежище евреи Мешхеда, спасавшиеся от шиитских погромов в первой половине 19 века, и евреи Герата, которые были изгнанны из своего города Иранскими войсками в 1854 году. Следует также отметить, что к этому времени северный Афганистан уже не принадлежал Бухарскому Эмирату, так как его в 1845 году завоевал Афганский эмир Дост Мухаммед, навсегда отторгнув эту территорию от Бухары. Таким образом, несколько тысяч бухарских евреев оказались отделенными от своих собратьев и с тех пор их принято расматривать отдельно как Афганских евреев.

К 1865 году бухарские евреи проживали почти в каждом городе Средней Азии. Они жили в Кермине, Катта-Кургане, Карши, Термезе, Хатырчах, Гиссаре, Душанбе, Чарджуе, Мерве, Ташкенте, Ходженте, Коканде, Маргелане, Андижане, Намангане, Оше, Чимкенте и Туркестане. Побывавший в Бухаре в середине 19 века офицер английской армии Александер Борнс насчитал там до четырех тысяч евреев, в то время как венгерский путешественник Арминиус Вамбери установил еврейское население эмирата в 10.000 человек. В Бухаре евреи жили в двух кварталах города известных как Новая Махалля и Старая Махалля. Второй по величине общиной после Бухарской была община Самарканда. Этот город, который ещё в середине 18 века пришёл в упадок и был почти заброшен вновь возродился и стал одним из крупнейших центров Эмирата. До 1843 года бухарские евреи были разбросанны по четырем кварталам города, но вскоре еврейское население увеличилось и понадобилась земля для отдельного еврейского квартала. Эмир Насрулло Бахадур (1826-1860) дал разрешение на покупку земли за 10.000 серебрянных тенге, что по тем временам была огромная сумма. Новый квартал был назван Махаллаи Яхудиен (Еврейский квартал, ставший известный после революции как квартал Восток) и был заселен исключительно евреями. Этот квартал существует до сих пор. Главой евреев Самарканда, с 1843 по 1878, был Моше Калантар. Назначенный на свой пост эмиром и в последствии получив доверие Российских властей, Моше Калантар сделал очень многое для благоустройства еврейской общины города. Другими городами с наиболее быстрорастущим еврейским населением были Коканд и Ташкент. Коканд как столица одноименного ханства был крупнейшим экономическим центром Ферганской долины. Основанный в середине 18 века этот город имел одну из самых молодых еврейских общин. Этой общине образованной в начале 19 века было сужденно сыграть не малую роль в истории бухарских евреев. В Ташкенте, где еврейская община насчитывала более 400 лет евреи жили в старогородских кварталах Чигатай и Укча.

Положение бухарских евреев в Эмирате было тяжелым и унизительным. Они не имели права ездить верхом на лошадях, а должны были использовать только ишаков, при встрече с мусульманами они обязаны были слезать; они не имели права носить пояс, а обязаны были подпоясываться веревкой. Бухарские евреи обязаны были платить лишний налог "за дарование жизни", раз в год они должны были являться во дворец и получать пощечину, а иногда и 20 ударов палкой за будующие грехи, а освободиться от этого наказания можно было только заплатив ещё один налог. Из бухарских евреев эмиры пытались сделать касту неприкосаемых, униженных и оскорблённых, и одновременно - источник дополнительных доходов. Но, несмотря на все эти притеснения бухарские евреи смогли захватить в свои руки практически всю торговлю Бухарского Эмирата и сумели завоевать довольно значительное социальное положение. Это дало им возможность добиться права строить синагоги в каждом крупном городе и жить отдельными общинами со своими собственными аксакалами. Следует также отметить, что такая же дискриминация по отношению к евреям существовала в Кокандском и Хивинском Ханствах, хотя численность еврейского населения в них было не значительным. Эта ситуация продолжалась до 1920 года (в Кокандском Ханстве до 1876 года).

В росте торговых взаимоотношений между Эмиратом и окружающим миром, в частности с Россией, в 19 веке немаловажную роль играли бухарские евреи. Со своими караванами они ходили в Россию, западную Европу, Иран, Турцию и Палестину. В России, начиная с 1833 года вышел ряд оффициальных указов по которым бухарским евреям разрешалось селиться на территории империи и торговать на ярмарках в Оренбурге, Троицке и Нижнем Новгороде (что было запрещенно для евреев России). Это способствовало усилению влияния бухарских евреев на экономику Эмирата и его торговлю с Россией. Эмиры Бухары пользовались услугами бухарских евреев в делах торговли и экономики, назначая их на посты министров и советников. За свои услуги и преданность эмирам многие бухарские евреи щедро вознаграждались. В особых случаях эмиры награждали преданных евреев фамильными званиями, так одному еврею было дано звание "Ходжи Бек", впоследствии ставшее Ходжибеков. Бухарские евреи достигали высоких постов при дворе эмиров. Арони Кандин служил министром финансов при эмире Музаффаретдине (1860-1885). Бухарские евреи были одними из первых кто начал пользовался русскими и английскими товарами и носить европейскую одежду. Однако, все это было лишь прелюдией всего того, чего достигнут бухарские евреи в последующие 50 лет.

БУХАРСКИЕ ЕВРЕИ ПРИ ЦАРСКОЙ ВЛАСТИ 1865 - 1917

С 1853 года Россия вела компанию с целью завоевания Средне-Азиатских ханств. Были взяты Ак-Мечеть (Перовский, Кзыл-Орда), Туркестан, Чимкент и Аулие-Ата (Джамбул). В 1865 после скоротечного, но ожесточенного боя был взят Ташкент, в то время крупнейший город Средней Азии. Восемь бухарских евреев приняли участие в оффициальной церемонии анексации Ташкента Россией. Бухарские евреи видели в лице России освободительницу от тирании эмиров и всеми силами помогали продвижению русских войск. Когда в 1868 году в Самарканде и его окрестностях вспыхнуло анти-русское востание и малочисленный русский гарнизон города был окружён евреи Самарканда пришли на помощь осажденным, снабжая их водой и провиантом. В том же году, войска эмира были окончательно разбиты и он был вынужден признать над собой власть российского императора. Эмир обязывался выплатить контрибуцию в 200 тысяч рублей за военные издержки, Самарканд и Катта-Курган отторгались от Бухары и присоединялись к новосозданному Туркестанскому генерал-губернаторству. Бухарские евреи выплатили огромный процент контрибуции наложенной на эмира. Вскоре, в 1875-76 годах, под командованием генерала Скобелева, было завоеванно и анексированно Кокандское Ханство. В армии генерала Скобелева служил и принимал участие в завоевании новых территорий бухарский еврей Борух Юшваев.

Присоединение Средней Азии к России было прогрессивным актом по отношению к феодальной системе существовавшей в регионе в то время. На огромной территории, вошедшей в состав генерал-губернаторства, воцарился определенный порядок по отношению к экономической, социальной и политической жизни, утвердилась впервые за многие века безопасность на торговых путях, был положен конец беспорядку, внутренным раздорам и постоянным конфликтам между местными правителями. В то же время, новая власть принесла с собой капиталистическую систему, которая связала Среднюю Азию с российской и мировой экономикой, и которая ускорила развитие промышленного и торгового потенциала региона.

Первый генерал губернатор Туркестана Кауфман высоко оценил заслуги бухарских евреев перед Российской Империей во время завоевания региона. В мирном договоре с Бухарой было несколько параграфов определяющих статус бухарских евреев в отношениях между Бухарой и Россией. В первые годы Российской власти бухарские евреи считались самой лояльной частью населения Туркестана, и благодаря этому власти всячески поощеряли капитало-вложения со стороны бухарских евреев. Об этом говорит тот факт что бухарские евреи официально получали Российское гражданство при условии вступления в купеческие гильдии. Кроме того, бухарские евреи Туркестана были освобожденны от тяжёлых налогов и разного рода дискриминаций и притеснений, им была разрешена полная свобода вероисповедания. В связи с этим, в Туркестан (Самарканд, Ташкент, Коканд), начинается сильная иммиграция евреев из Бухары и Хивы. Также происходит миграция евреев в самом Туркестане, появляются новые общины в Скобелеве (Фергана), Узгене, в Перовском (Кзыл-Орда) и Казалинске. Сильной была миграция в Ферганскую долину. Особенно много переселялось "евреев-мусульман", которые при новой власти вновь возвращались в иудаизм.

С момента присоединения Средней Азии к России бухарские евреи продолжали играть огромную роль в развитии региона, как в социальной, так и в экономической сферах. Торговля была главным занятием бухарских евреев, в ней было занято более 30 процентов взрослого населения. За короткое время были организованны различные фирмы и компании, которые экспортировали и импортировали огромное количество товаров; были налаженны связи с внутренным российским рынком, с западной Европой, Америкой, Турцией, Ираном и Палестиной. Многие бухарские евреи стали членами купеческих гильд; среди них были купцы первой, второй и третьей гильдий. Бухарские евреи занимались и отличились и в других профессиях. В течении короткого времени, с 1865 по 1916, сотни бухарско-еврейских семей стали владельцами частной собственности, земли, гостиниц, магазинов, мастерских, артелей, заводов и фабрик. Самые известные и богатые среди них были семьи и династии: в Коканде - братья Вадьяевы, Потеляховы, Симхаевы, в Ташкенте - Довидовы, в Самарканде – Муллокандовы, Калантаровы. Другие были: Календарёвы, Пинхасовы, Ходжабековы, Рубиновы, Фузайловы, Иглановы, Ягудаевы и многие другие. Эти бухарские евреи, прозванные олигархами, достигли огромного влияния и богатств, они были широко известны во всем мире, путешествовали и имели фирмы во многих странах, в частности, в России, западной Европе и Палестине. Некоторые из этих семей достигли огромного влияния не только в Средней Азии, но и в самой России. В особенности это были братья Вадьяевы, Потеляховы и Довидовы. Один только торговый дом Вадьяевых, который был одной из крупнейших компаний России, имел 30 хлопкоочистительных заводов и скупал только в Ферганской области 7-8 миллионов пудов хлопка-сырца. В 1916 году Вадьяевы приобрели Иваново-Вознесенскую мануфактуру, создав, таким образом, гигантский комбинат по производству текстильных изделий, составными частями которого были хлопковые поля Ферганы, железные дороги, хлопкоочистительные заводы и Ивановские текстильные фабрики. На их заводах работали десятки тысяч человек. Вадьяевы, Потеляховы и многие другие бухарско-еврейские комерсанты также вели бизнес с Бухарским Эмиратом и Хивинским Ханством. Бухарские евреи участвовали и в банковском секторе страны. Моше Муллокандов (1839-1902), один из богатейших людей Самарканда, был личным представителем императора Александра II и главным казначеем Русского Банка в Самарканде. Богатые бухарские евреи отстраивали себе огромные роскошные дома, внутренние помещения которых были разукрашены и уставлены в лучших традициях востока и запада. Многие содержали прислугу. Но, конечно, не все бухарские евреи достигали таких высот. Многие были заняты в среднем и малом бизнесе, они были ювелирами, красителями шелка, ткачами, сапожниками, земледельцами, различными мастерами и ремесленниками. Причем крашением шелка занимались только бухарские евреи. Естественно, были и малоимущие евреи, они работали как прислуга в домах и как рабочие на заводах у богатых бухарских евреев.

Царская власть разрешила бухарским евреям свободно исповедывать иудаизм и придерживаться своих обычаев, единственным изменением было установление звания казенного раввина. Религия играла огромную роль в жизни бухарских евреев, она регламентировала практически все сферы жизни. В городах с еврейским населением было множество синагог и религиозных школ. Синагоги строились как на средства общин, так и за счёт отдельных пожертвований богатейших евреев. Во многих домах преуспевающих евреев строились семейные синагоги, для чего заказывались семейные свитки Торы. Крупными религиозными центрами были Бухара, Самарканд, Коканд и Ташкент. Духовное возрождение бухарских евреев началось в конце 18 века, когда некий сефардский еврей по имени Хахам Ёсеф бен Моше Маймон прибыв в Бухару из Палестины обнаружил духовную жизнь среди них в плачевном состоянии. Он поселился в Бухаре, открыл еврейские школы и начал выписывать религиозные книги из-за рубежа. Став духовным лидером бухарских евреев, Хахам Ёсеф проповедовал возвращение на историческую родину.

Образование среди бухарских евреев зависело от социального уровня. Хорошее образование своим детям могли дать только состоятельные родители. С раннего детства дети отдавались в "хомло" (религиозная школа), где изучались религиозные законы, молитвы и иврит. Однако, обучение в этих школах велось на уровне средних веков, условия в классах даже по тем временам были суровые. Кроме того, эти школы не давали полного обучения, так как не преподавали светских наук. Надежды с открытием русско-туземных школ оказались не оправданными, из-за запрета обучения в них бухарских евреев. Отправить учиться туда своих детей могли только состоятельные евреи, которые в свою очередь нанимали частных учителей. Очень немногие учились в гимназиях. Несмотря на труднодоступность к хорошему образованию, среди бухарских евреев было не мало грамотных людей. Благодаря им в Скобелеве (Фергана) в 1910-1916 годах издавалась бухарско-еврейская газета Рахамим. Культурным центром бухарских евреев в Ферганской долине стал город Коканд, где издавались книги и публикации о быте и культуре бухарских евреев. В Коканде образовалась одна из крупнейших бухарских общин.

С 1865 по 1917 годы, в жизни бухарских евреев Туркестана произошли большие изменения. За это время, они были сильно подверженны влиянию западной и в особенности русской цивилизаций. В больших городах региона бухарские евреи переняли европейских образ жизни, стали носить европейскую одежду и разговаривать на русском языке. Появилась национальная интелигенция, которая продвигала не только свои интересы, но и интересы своего народа. Произошёл контакт с еврейскими общинами России, в особенности с ашкеназскими евреями. Также в это время произошла русификация фамилий с прибавлением окончания "ов".

Отношение Российских властей к бухарским, или как их ещё называли, туземным евреям было намного снисходительнее и доброжелательнее чем к европейским евреям. В тоже время, новая власть принесла с собой "европейский антисемитизм", невиданный дотоле в Средней Азии. Особенно он стал проявляться при двух последних российских императорах, Александре III и Николае II. Несмотря на то, что погромы в европейской части России не затронули Среднюю Азию, власти стали ограничивать права местных евреев. Особенную головную боль им приносила миграция евреев из Бухары, Хивы, Ирана и Афганистана в Туркестанский край. Так как эта миграция была нелегальной, то власти не раз издавали указы о выселении евреев поселившихся в Туркестане после его присоединения к России. Эти указы, однако, из-за различных причин небыли приведены в исполнение, во многом благодаря давлению общественности и влиятельных бухарских евреев. Но власти не остановились на этом, они издали несколько указов ограничивших или запрещавших евреям учиться в русско-туземных школах, владеть землей и селиться в сельской местности. В 1900 году была установленна черта оседлости для евреев переселенцев из Бухарского эмирата и Хивинского ханства. Им было разрешено жить только в трех городах края: Катта-Кургане, Петро-Александровске (Турткуль) и Оше. Впоследствии, администрация края планировала депортацию всего туземно-еврейского населения в Бухарский эмират. В Средней Азии, как и по всей стране, Российские власти пытались создать в образе евреев врагов народа, виновников всех бед и поражений обрушившихся на Россию в конце 19 и начале 20 веков.

В середине 19 века, после 2.500 лет изгнания, бухарские евреи начинают возвращаться в Ерец Израиль. Этому во многом способствовали три причины: первое, духовное возрождение среди бухарских евреев; второе, торговая деятельность бухарских евреев в Палестине; и третье, конечно же возникновение сионизма и его влияние на евреев Средней Азии. Местом поселения бухарских евреев в Палестине был Иерусалим. Здесь, как и в Средней Азии, бухарские евреи селились компактно, образуя тем самым общину. Таким образом в Иерусалиме в 1892 году образовался бухарский квартал получивший название "Шхунат Бухори". Здесь было организванно издательство, где печатались книги на бухарском языке, которые затем отправлялись в Туркестан. Как и в Средней Азии богатые бухарские евреи отстраивали здесь роскошные особняки, многии из которых сохранились до наших дней. Этот квартал существует до сих пор, и заселён преимущественно ультра-ортодоксальными евреями. Кроме Иерусалима, бухарские евреи селились в Яффе, Сафеде и Тиверии.

БУХАРСКИЕ ЕВРЕИ ПРИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ 1917 - 1945

В 1916 году весь Средне-Азиатский регион охватывает народное востание направленное против засилия российских властей. Причиной послужил указ об отправке местного населения на тыловые работы в прифронтовой полосе. Воставшие нападали на административные здания, дома богачей, бизнесы, то есть все что связывалось с царской властью. Не избежали этого и бухарские евреи. Громились и грабились их бизнесы и дома. Некоторые стали жертвами бандитов. Несмотря на то, что востание было жестоко подавлено, ситуация оставалась напряженной в течении всего 1917 года. Бухарские евреи связывали большие надежды с победой Февральской революции, в ходе которой евреи получили те же права, что и остальные народы России. В тоже время, реформы Временного правительства не были успешными, так как сохраняли социальные противоречия прошлого. Победа Октябрьской Революции в 1917 году круто изменила ход истории бухарских евреев, как в отрицательной так и в положительной сторонах. Ташкент, Самарканд и другие крупные города Средней Азии быстро пали в руки большевиков. С установлением Советской власти начались национализация и конфискация частной собственности. Так как большое количество бизнесов было в руках бухарских евреев, то они были одними из первых кто пострадал. Бросив свои дома, магазины, заводы бежали многие богатые бухарские евреи. В первые годы советской власти у бухарских евреев было отобрано все, что имело какую либо ценность. Были конфискованны дома, заводы, магазины, синагоги, золото. Дома конфискованные у бухарских евреев впоследствии были использованны как школы, офисы и музеи. Многие из них до сих пор стоят и находяться в использовании в Ташкенте, Бухаре, Коканде и Самарканде. Многие семьи были оставленны ни с чем, и заставленны влачить жалкий образ жизни. За малейшее подозрение в сокрытии золота или анти-советскую деятельность были арестованы тысячи ни в чем не повинных бухарских евреев, многие из которых без суда и следствия были отправленны в Сибирь или растрелянны. Семьи были оставленны без отцов, братьев, сыновей. К сожалению, среди бухарских евреев нашлись предатели, которые выдавали своих родственников, друзей, соседей. Но, самым ужасным событием в истории бухарских евреев является погром учинённый в начале марта 1918 года в посёлке Кермине (Навои) красноармейцами. После неудавшегося похода председателя СНК Туркестана Колесова на Бухару с целью свержения эмира, красноармейцы вынужденны были отступить и оказались в Кермине. Здесь они обвинили местных евреев в контр-революционной деятельности и стали грабить дома и лавки. Затем, часть солдат согнала в синагогу и изнасиловала более десятка молодых женщин. Это событие поразило бухарских евреев Туркестана, в истории которых никогда небыло погромов.

В это тяжелое время сотни бухарских евреев пали жертвами басмачей, которые к сожалению сейчас объявленны национальными героями в Средне-Азиатских государствах. В Самарканде, Шахризабсе и других городах со значимым бухарским населением были организованы отряды самообороны против басмаческих банд. В Шахризабсе громил басмачей Бободжон Абдурахманов, который ещё на фронтах Первой Мировой Войны командовал отрядом бухарских евреев в составе российской армии. Немало бухарских евреев служило и в Красной Армии, участвуя в боях за установление Советской власти.

В ходе 1920х и 1930х годов тысячи бухарских евреев спасаясь от атеизма, раскулачивания, арестов и репрессий, особенно во время 1930х (Ежовщина), бежали в Палестину. С помощью местных проводников они переходили границу в Афганистан и Иран, где многие месяцы и даже годы ждали визы на въезд от английских властей. Дорога до Палестины была долгой, тяжелой и опасной, бухарские евреи страдали от разбойничьих нападений, произвола властей, голода, болезней. Основные пути в Палестину были через Иран, Ирак, Сирию. Другие шли через Афганистан и Индию, затем на кораблях в Басру, Ирак. В 30е и 40е годы численность бухарских евреев в Афганистане доходила до трёх тысяч. Во время Сталинских репрессий в 30х и 40х годах тысячи бухарских евреев были арестованы и отправлены в ГУЛАГ, где неизвестное число их погибло.

С первых лет своего становления Советская власть занялась ликвидацией безграмотности среди, в большинстве своем, не образованного населения страны. Во городах Туркестана были открыты курсы ликбеза (ликвидация безграмотности), школы, университеты. Тысячи бухарских евреев учились в этих школах получая первое образование. Советское правительство также разрешило открыть бухарско-еврейские школы и институты. В 1920х бухарско-еврейские школы среднего и высшего образований были открыты в Ташкенте, Коканде и Самарканде. Самой известной из них был Институт Просвещения (ИНПРОС) открытый в Ташкенте в начале 1920х. Одним из его организаторов и первым директором был Рахмин Бадалов, один из образованнейших людей своего времени. Ещё в 1920 году он организовал издательство первой бухарско-еврейской газеты на туземно-еврейском языке под названием Рост. Она выпускалась до 1922 года. Бухарские евреи также имели право на бесплатное образование как национальное меньшинство. Окончив эти школы бухарские евреи посылались в Московский, Ленинградский, Ташкенский и Самаркандский университеты для продолжения учебы. Так как большинство бухарских евреев разговаривало на трех языках, русском, таджикском, узбекском, многие были отправлены на работу в сельские районы, где они работали руководителями в местных администрациях, врачами в первых больницах, организовывали школы и преподавали классы для дехкан. В 1920х и 1930х годах среди бухарских евреев в полной мере раскрылся талант к науке. Среди выпускников этих школ было много первых бухарско-еврейских математиков, физиков, химиков, ученых, преподавателей, артистов, врачей, экономистов, строителей, впоследствии внёсших необьемлимый вклад в развитие Средней Азии. В эти годы по всей Средней Азии были открыты десятки бухарско-еврейских культурных центров, клубов и театров, в организации и работе которых участвовала передовая бухарская молодёж. Бухарским евреям было также разрешено выпускать собственные газеты и журналы. Одним из главных организаторов бухарско-еврейской прессы в 1920х годах был известный журналист Арон Саидов. После его смерти, одной из Ташкентских улиц было дано его имя. Бухарско-еврейские газеты и журналы того времени были Рошнои (Свет), Байроки Михнат (Знамя Труда), Хаёти Михнат (Рабочая Жизнь) и Адабиети Совети (Советская Литература), причём все редактирование материла велось самими бухарскими евреями, в основном молодёжью. Это было время расцвета культурной жизни бухарских евреев. Следует отметить, что, при Советской власти бухарско-еврейская письменность на основе еврейских букв была заменена кириллицей. Однако, в 1938 году по указу Сталина вся культурная деятельность бухарских евреев была запрещена. Были закрыты газеты, театры и культурные центры. Последние национальные учереждения прекратили свою деятельность в 1940 году.

Бухарские евреи активно участвовали и в политической жизни Туркестана. После Октябрьской Революции в Туркестане образовалось двоевластие, с двумя правительствами, одно коммунистическое в Ташкенте, другое буржуазное в Коканде. В Коканде вскоре была объявленна республика, и в её правительство в качестве министров вошли два бухарских еврея, Рафаэль Потеляхов и Яков Вадьяев. Но в феврале 1918 года Коканд был взят Красной Армией, которая устроила жестокую резню, убив, по разным источникам от 5 до 14 тысяч человек, положив таким образом конец к двоевластию.

В тоже время в Бухаре, против власти эмира начались выступления местного населения под предводительством джадидов (младо-бухарцы), которые призывали эмира к реформам. Джадидов поддерживали некоторые радикально настроенные бухарские евреи, один из которых был казнен эмиром в 1918 году. Эмир жестоко расправился с оппозицией, и стал готовиться к войне с большевиками. В тоже время евреев эмирата стали обвинять в том, что они агенты большевиков и в Бухаре нависла угроза погрома. Погрома не произошло, но многие были вынужденны бежать.

В 1924 году в ходе национального размежевания была организованна УзССР, а в 1929 году Таджикская ССР. 10 февраля 1925 года глава правительства Узбекистана Юлдаш Ахунбабаев издал указ о признании бухарских евреев как туземных евреев, то есть как этническую группу. Антисемитизм был объявлен вне закона, как видно из постановления СК ВКП от 25 мая 1925 года, где осуждалось проявление "шовинизма к по отношению к таджикам и туземным евреям". Бухарские евреи назначались на высокие посты в первых правительствах Узбекистана и Таджикистана. Так, Авром Абдурахманов был Народным Комиссаром Юстиции Узбекистана, в то время как Иские Юабов был главой Отдела Национальных Меньшинств Узбекистана. Давид Алимов был председателем Верховного Суда УзССР. Илья Левиев был секретарём Верховного Совета Таджикистана. В конце 1930х, Зина Кураева была единственной бухарской еврейкой когда-либо избранной на пост депутата Верховного Совета СССР. В это же время немало бухарских евреев было избранно на посты депутатов Верховных Советов Узбекистана и Таджикистана. Избирались они как в городские, так и в районные советы. С образованием Таджикской ССР тысячи бухарских евреев были направленны туда из Ташкента, Бухары и Самарканда как работники органов государственной власти, образования и здравоохранения. Бухарские евреи были также руководителями бухарско-еврейских колхозов, организованных в 20х годах. Эти колхозы просуществовали до начала 50х годов. Численность бухарско-еврейского населения в сельской местности в 1934 году составляла 4.500 человек.

Бухарские евреи служили в вооруженных силах Советского Союза. Среди них были летчики, моряки, танкисты, пехотинцы. Служили бухарские евреи и в войсках НКВД. Во время Великой Отечественной Войны до 30.000 бухарских еврев служило в Советской армии. Из них около 10.000 погибли или пропали без вести. Большинство бухарских евреев служило в пехоте, о чем говорит огромное число погибших. Бухарские евреи воевали на финском, немецком и японском фронтах. Бухарские евреи, солдаты, во время войны совершили множество героических подвигов, от побегов из концентрационных лагерей до самопожертвования в безвыходных ситуациях. Многие оказавшись в окружении присоединялись к партизанам и вели диверсионную работу против врага. О мужестве, с которым бухарские евреи сражались с врагом на полях Великой Отечественной говорят множество медалей и орденов, которыми они были награжденны. Во время войны тысячи бухарско-еврейских женщин работало в тылу, на заводах и полях Средней Азии. Бухарско-еврейские музыканты и артисты, в составе концертных бригад, ездили по фронтам и к дислоцированным в Иране Советским войскам, где они пели и ставили спектакли для поднятия воинского духа. Во время войны, тысячи беженцев с окупированных территорий были приняты в бухарско-еврейские семьи. Несмотря на то, что Холокост не затронул евреев живших в Средней Азии, те бухарские евреи которые жили во Франции, а там была небольшая община с начала века, были отправленны в лагеря смерти, и лишь немногие спаслись. На бухарско-еврейских кладбищах Ташкента, Самарканда и Бухары установленны памятники с именами погибших на войне.

БУХАРСКИЕ ЕВРЕИ ПРИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ 1945 - 1991

После войны бухарские евреи были заняты во всех отраслях советской экономики. Торговля снова стала одним из главных занятий бухарских евреев, они работали как директора торговых центров, универмагов, в магазинах, и на базарах. Среди бухарских евреев было очень много ювелиров, фотографов, парикмахеров, сапожников, часовщиков, эти профессии были практически монополизированны евреями. В то же время среди бухарских евреев были тысячи научных работников, профессоров, ученых и инженеров работавших в областях сельского хозяйства, биологии, медицины, химии, математики и физики. Одни работали как директора и преподаватели в школах и институтах, в то время как другие были врачами, стоматологами, оптометристами и ветеренарами. Бухарские евреи внесли огромный вклад в развитие индустрии и сельского хозяйства Средней Азии, работая в нефте-газовой промышленности и в строительстве плотин и каналов. Немногие работали в государственных органах Узбекистана и Таджикистана как председатели различных отделов и комиссий, а также советниками и переводчиками.

Из числа бухарских евреев вышла замечательная плеяда актёров, артистов, композиторов, режиссёров, киноактёров, музыкантов, танцоров, поэтов, писателей, корреспондентов, художников, архитекторов, скульпторов и спортсменов. Известными писателями и поэтами были Яхиель Акилов и Мордухай Бачаев (Мухиб). Был очень известен кино-режисёр из Таджикистана Бенсион Кимъягаров. Бухарские евреи дали много известных спортсменов чемпионов Узбекистана и Таджикистана. Особенно прославились боксёры из числа бухарских евреев, в частности братья Давидовы. Бухарские евреи принимали огромное участие в культурной жизни Средне-Азиатских республик. Они выступали на концертах и спектаклях, в театрах и операх Москвы, Ташкента, Самарканда, Душанбе и других городов страны. Среди бухарских евреев были Народные Артисты Узбекистана и Таджикистана.

Невозможно рассказать историю бухарских евреев не сказав ничего об их вкладе в музыкальное искуство Средней Азии. Музыкально-фольклерный жанр под названием шашмаком был известен на территории Средней Азии с древнейших времен. Огромную роль в его развитии и усовершенствовании сыграли бухарские евреи, среди которых было не мало музыкантов и поэтов любителей, которые играли на дутарах, дойрах и тамбурах, на ходу сочиняя мелодии, вошедшие впоследствии в шашмаком. Широко известные бухарско-еврейские музыканты прошлого были Борух Калхот (1837-1897) и Леви Бабаханов, известный как Левича (1873-1926). Эти два великих музыканта пели при дворе бухарского эмира Абдуллахана (1885-1910). Левича был известен не только в Средней Азии, но и в самой России, где его записи пользовались широкой популярностью. После революции музыкальная традиция бухарских евреев была продолжена такими великими певцами и музыкантами как Михоэль Муллокандов, который был первым бухарским евреем награждённым званием Народного Артиста Узбекистана, его братом Гавриэлем Муллокандовым, а также Михоэлем, Гавриэлем и Рафоэлем Толмасовыми, все из которых были Народными Артистами Узбекистана и Таджикистана. Династии Муллокандовых и Толмасовых дали очень много музыкантов, певцов и композиторов своему народу. Другие известные певцы, музыканты и композиторы были/есть: Авром Толмасов, Авнер Муллокандов, Нерьё Аминов, Сулейман Юдаков (написал гимн Таджикистана), Барно Исхакова, Исак Катаев, Шойста и Леви Муллоджановы, Езро Малаков, Ильяс Малаев, Мухаббат Шамаева, Иосиф Шаломаев, Очил Ибрагимов, Рошель Рубинов, Юхан Бенджамин и многие другие. Две улицы в Самарканде названы в честь Гавриэля Муллокандова и Михоэля Толмасова. Кроме того, в советское время существовало множество вокальных, инструментальных и свадебных ансамблей, и многие бухарские евреи принимали участие в любительских музыкальных кружках.

Образование государства Израиль в 1948 году, и его признание Советским Союзом было радостно воспринято бухарскими евреями. В тоже время, волна погромов и насилия прокатившаяся по еврейским общинам в исламских странах обошла Среднюю Азию, во многом благодаря Советским властям. Но, ситуация круто изменилась в начале 1953 года. В связи с "Делом Врачей" над евреями всего Советского Союза нависла угроза преследований. В планах руководства страны было выселение евреев в Сибирь, также, как это было сделано со многими другими народами СССР, однако, внезапная смерть вождя прервала этот план. Можно только догадываться о судьбе советских, да и бухарских евреев если бы Сталин прожил ещё несколько лет. Последующие советские правительства вели политику "неофициального" анти-семитизма. При Хрущеве, компании против евреев и иудаизма приняли широкий размах. Закрывались синагоги, запрещались религиозные обряды. Особенно анти-еврейские настроения проявлялись во время Арабо-Израильских войн, когда советская пропаганда создавала в образе Израиля пособника американского империализма и центра мирового сионизма. Секретными постановлениями были введены ограничения для "лиц еврейской национальности" при поступлении в учебные заведения высшего образования. Евреи также не могли занимать высоких должностей в правительствах союзных республик, как это было в 20х и 30х годах. В ходе компании против экономических преступлений в конце 50х и начале 60х многие бухарские евреи были арестованны и приговорены к тюремным заключениям. В начале 60х ситуация достигла предела когда бухарские евреи (Маргилан 1961, Ташкент 1962) были обвиненны в ритуальных убийствах. Однако во всех этих случаях пропавшие люди находились.

С самого начала своего прихода к власти коммунисты пытались регламентировать жизнь и обычаи бухарских евреев. На грани запрета были религиозные обряды, в частности, обрезание и кошерное питание; были закрыты большинство синагог и религиозное обучение перестало существовать. Таким образом к началу перестройки большинство бухарских евреев потеряло своё духовное наследие. Посещаемость синагог резко упало, хотя они по прежнему оставались центром общины. В советские годы появилось много смешанных браков с русскими, узбеками, таджиками, татарами, армянами и др. Многие бухарские евреи стали менять фамилии и записываться как таджики и узбеки в паспортах, чтобы избежать дискриминацию. В то же время взаимоотношения между бухарскими евреями и окружающими их народами Средней Азии были очень доброжелательными и дружественными. Ещё в годы войны, великий Узбекский поэт и друг бухарских евреев Гафур Гулям написал стихотворение "Мен Яхуди ман" - "Я Еврей". Большим уважением бухарские евреи пользовались в Узбекистане при Шарафе Рашидове (1959-1983), который продвигал дружбу узбекского и бухарско-еврейского народов.

С приходом перестройки и гласности при Михаиле Горбачеве в 1985 году бухарским евреям впервые за 70 лет было разрешено свободно справлять свои обычаи и исповедовать религию. Началось возрождение культуры и национального самосознания. Были снова открыты бухарско-еврейские культурные центры и театры. Стали публиковаться материалы о бухарских евреях и молодежь начала возвращаться в своё духовное и культурное прошлое. В тоже время резкий спад экономики и уровня жизни среди населения, рост национализма и анти-семитизма заставили многих бухарских евреев эмигрировать за границу. Сильный толчок тому дали волнения в Ферганской долине в 1989-90 годах и события в Таджикистане в 1990 году. С распадом СССР в конце 1991 года и образованием пяти независимых государств в Средней Азии, гражданская война в Таджикистане и угроза исламского фундаментализма создали массовый отток населения. Многие бухарские евреи Таджикистана стали жертвами гражданской войны, длившейся с 1992 по 1996 годы. В 1992 году, в самый разгар гражданской войны, в течении короткого времени Израиль произвел воздушную эвакуацию многих бухарских и ашкеназских евреев из Таджикистана. Тысячи других оставив свои дома бежали в Узбекистан, откуда отправлялись в Израиль и Америку. В Узбекистане, где ситуация была намного стабильней, благодаря жесткой власти Ислама Каримова, эмигрировать заставили сильный национализм среди местного населения и продолжающийся экономический спад. В период с 1989 по 1996 годы большая часть бухарских евреев покинула Среднюю Азию. Сильнейший отъезд бухарских евреев, среди которых было много учёных, профессоров, учителей, специалистов, врачей и др., создал социальный и экономический вакуум в Узбекистане и особенно в Таджикистане, где теперь сильно ощущается нехватка специализированных кадров во многих областях образования, науки и экономики.

БУХАРСКИЕ ЕВРЕИ В ИЗРАИЛЕ

С 1948 года произошли три алии бухарских евреев в Израиль. Первая началась в 1948 и продолжалась до 1967 года. Вторая была в 70е и начале 80х годов. Третья и наоболее массированная иммиграция началась в 1985 и продолжается до наших дней. С 1985 года десятки тысяч бухарских евреев обосновались на исторической родине, образовав общины во многих городах Израиля, один из них Ор-Яхуда. На территории Израиля бухарские евреи живут в основном в Тель Авиве и его пригородах, в центральной части страны, Беэр-шеве, и Иерусалиме. В Израиле проживает самая большая община бухарских евреев в мире, более 100.000 человек.

Бухарские евреи активно вливаются в культурную, экономическую и политическую жизнь Израиля, но в то же время сохраняют свои обычаи и культуру. Существуют различные клубы и организации целью которых является сохранения культурного наследия бухарско-еврейского народа. Организованны культурные центры, театры и народные ансамбли, издаются газеты (Бухарская Газета) и журналы на иврите, русском и бухарском языках, работает радио на бухарском языке. Далеко продвинулись бухарские еврейские предприниматели в сферах экономики и торговли, образовался класс предпринимателей. Среди них много филантропов, к примеру один из них известный во всем мире Леви Леваев, который также является президентом Конгресса Бухарских Евреев Израиля. В то же время бухарские евреи продолжают заниматься многими традиционными профессиями. Среди них есть ювелиры, фотографы, парикмахеры, учителя, врачи, ученые. В последнее время они широко представленны в компьютерной и информационной сферах. В политике и органах государственной власти бухарские евреи представленны как депутаты в Кнессете, в политических партиях и как мэры городов. Бухарские евреи также служат в армии обороны Израиля, и многие пали во время Арабо-Израильских войн.

http://www.bukharianjews.com

Документальные данные подтверждают присутствие еврейских торговцев в Китае в VIII—IX вв. Арабские, китайские и другие источники IX—XIV вв. сообщают о существовании в Китае еврейских торговых колоний и даже общин в Ханчжоу, Пекине и других городах^[7]. Эти общины достигли расцвета в XIII—XIV вв., но впоследствии бесследно исчезли.

http://www.sephardicstudies.org/decree.html

Текст на английском языке. Кто не сможет самостоятельно перевести, то воспользуйтесь этим языковым переводом с гугла.

http://translate.google.az/translate?u=http%3A%2F%2Fwww.sephardicstudies.org%2Fdecree.html&sl=en&tl=ru&hl=&ie=UTF-8

Значить ли этот текст, что евреи были пионерами в освоении Нового Света? И первые белые люди с которыми столкнулись наивные индейцы Америки были евреи, прибывшие на кораблях Колумба?

И далее вот такой прелюбопытный линк,с еврейского сайта, тоже на английском, увы,

http://www.jewwatch.com/jew-leaders-columbus.html

но тоже с гугловским переводом, для желающих

http://translate.google.az/translate?u=http%3A%2F%2Fwww.jewwatch.com%2Fjew-leaders-columbus.html&sl=en&tl=ru&hl=&ie=UTF-8

Здесь есть такие строки:

Связь между временем вояжа Колумба и изгнанием евреев из Испании - очевидна. Историки отмечают, что хотя Колумб не собирался поднимать паруса раньше 3 августа, он настоял, чтобы весь экипаж был на борту за день до отплытия - 2 августа. Синхронизация времени тем более удивительна, что 2 августа согласно указу о выселении, было предписано, чтобы последний еврей покинул Испанию.

Вообщем, я хотела бы услышать ваше мнение господа, а Колумб точно случайно открыл новый континент?

И насколько вариант "случайного совпадения", уместен с датой отплытия кораблей Колумба,учитывая пресловутый указ о депортации евреев из Испании.

Корабль пустыни очень высокий как на нем воевали?

Если такой упадет свалиться с него не завидую.

Бедуины оказывается не признают границу

Кочуют с ливии и Иордании. Как в Египте построили

самую древнюю цивилизацию? 95 процентов территории

безжизненная пустыня по которой кочуют бедуинские племена.

До коптов еще доберусь. Пишите про бедуинов. Их племена интересны.

Все таки потомки абраама и Исаака.

Исторические источники и данные топонимики свидетельствуют о широком расселении арабов в Средней Азии в прошлом. Однако со временем число арабских поселений и семей, живущих в городах, стало уменьшаться. Это было, прежде всего, следствием слияния относительно малочисленных групп арабов с местным населением. Благодаря историческим документам можно утверждать, что еще в середине XVI века арабы жили в тех же местах, где и теперь, - Бухарской, Самаркандской областях и в долине Кашкадарьи.

Среди кашкадарьинских, каттакурганских и самаркандских арабов распространено предание о том, что их предков привел из похода в арабские страны Амир Тимур. При этом он хотел в чем то провинившихся перед ним арабов отправить в Китай, но духовный наставник Тимура - Мир-Хайдар из Касби - будто бы сжалился над ними, выпросил их у Тимура и получил разрешение поселить их в окрестностях Гисара и Карши, откуда они в течении последующих двух-трех столетий расселились в районы Каттакургана и Самарканда. Среди арабов распространена также легенда о том, что они являются прямыми потомками первых арабов-завоевателей.

Как известно, во времена завоевания Средней Азии арабами, в 7-8 веках, в главных городах Маверанахра - Бухаре и Самарканде - были оставлены крупные гарнизоны, состоящих из арабов. В Бухаре им была передана половина домов и земель жителей. В дальнейшем арабы быстро ассимилировались с местным населением, и уже в IX веке их нельзя было отличить от коренного населения. Поэтому мы не исключаем возможность того, что современные арабы из Бухары происходят именно от этих поселенцев первых веков ислама.

Иначе дело обстояло на левом берегу Амударьи. Здесь, в завоеванных арабами районах Мерва и Балха, ставшими основными базами для дальнейших завоеваний, с самого начала было много арабов, селившихся крупными племенными группами. При этом, если оседлые арабы, поселившиеся в городах и селениях вокруг, довольно скоро растворились в массе коренного населения, то кочевые арабы гораздо дольше сохраняли свои особенности. Это подтверждают и исторические данные: арабы северного Афганистана (Шибирган и Балх) кочевали с X до начала XIX веков, сохраняя при этом традиционный уклад жизни и родной язык. В 1513 году узбекские султаны Джанибек и Убайдулла вынуждены были очистить захваченные ими земли левого берега Амударьи. При этом Джанибек переселил жителей Балха и Шибиргана на земли долины Зеравшана - от Самарканда до Рабат Малик (Кермине).

Уклад жизни

Основные занятия арабов не претерпели коренных изменений: как в далекую старину, так и сегодня это животноводство и земледелие. В степных и пустынных районах преобладает животноводство, в долинах рек - земледелие. Наиболее развитой отраслью животноводства издавна было разведение каракульских овец и верблюдов. Из домашних промыслов у арабов было развито ткачество безворсовых ковров - гилам.

По преданиям кашкадарьинских арабов искусство ковроткачества является древним занятием, которое было известно им еще до переселения в Среднюю Азию. Своеобразие их ковров позволяет считать это утверждение правдоподобным. Арабские ковры известны также под названием камашинских, каршинских или араби. В прошлом эти ковры были двух видов. Ковры среднего качества, предназначавшиеся для продажи, назывались бозор гилам (ковер на продажу). Среди ковров, которые ткали для себя, особенно выделялись богато и своеобразно орнаментированные киз гилам (девичий ковер). Их давали в приданое, и они играли важную роль в свадебном обряде. Кочевой образ жизни во многом определял ассортимент ковровых изделий. Например, также для приданого специально изготовляли мелкие вещи - занавесы для дверей юрты, вещевые мешки разных видов, футляры для ножниц и веретен, мешочки для соли и т.п.

Арабы долины Пянджа не ткали ковров типа араби. Помимо полосатых безворсовых ковров, распространенных и у остального местного населения, они изготовляли высоковорсовые ковры - жулхирс, сшиваемые из узких полос. Ковры этого типа распространены у узбеков Самаркандской области, а также у арабов селений Алачабоф и Майдаяб в Каршинской степи.

Большая часть арабов в прошлом вела полукочевой образ жизни. У этой части арабов основным видом жилища была юрта, деревянный остов которой они приобретали у полукочевых узбеков. А тканые полосы для скрепления частей остова и кошмы для покрытия изготавливали сами. Бедняки, которым трудно было приобрести и оборудовать юрту, жили в шалашах различных видов. В Камаши шалаш (каппа) делают из трех камышовых плетенок: две ставят на землю в виде крутой двускатной кровли, а третья образует заднюю стенку. В настоящее время такой шалаш используется в качестве летней кухни. У других народов Средней Азии шалаш такого типа не встречается.

В настоящее время селения и жилища арабов не отличаются от селений узбеков и таджиков. Убранство жилища также не отличается от узбекских. Для арабов характерна традиционная любовь к коврам, которые стелют на пол и вешают на стены.

Одежда

Одежда арабов аналогична узбекской и таджикской. Костюм мужчин пожилого возраста сохраняет традиционные формы. Это длинная рубаха прямого покроя из полосатой или белой ткани с горизонтальным разрезом ворота; штаны из той же ткани длиной почти до щиколоток, с широким шагом и на вздержке. Поверх одевают один или два халата без подкладки, подпоясывая их платком, сложенным треугольником. При выходе из дома надевают еще один халат, стеганый на вате, а зимой также и халат из домотканого сукна. На голове носят чалму, наматывая поверх тюбетейки. Обувью служат мягкие сапоги с остроносыми галошами.

В отличие от соседних узбеков и таджиков, у которых только замужние женщины заплетают две косы, у арабов все женщины и девушки, независимо от возраста, носят две косы, только замужние заплетают косы перед ушами и они немного выступают из-под головного убора, а девушки носят косы сзади. Арабские женщины в селениях Камаши и Джейнау носили серьгу в носовой перегородке. Эта золотая или позолоченная серьга называется зимо'м. Девушки, в отличие от женщин, носили серьгу на левом крыле носа.

В некоторых селениях по сей день можно встретить старинный женский головной убор - гиззи. Для сосватанной девушки гиззи шьют из одного полотнища красной ткани. Полотнище, закрывая всю спину, спускается почти до щиколоток, а верхний конец его сшивается так, чтобы образовалось отверстие для лица. Спереди пришивается другой кусок ткани в одно полотнище. На ту часть, которая закрывает грудь, нашиваются четыре-пять горизонтальных полос из темной ткани на равном расстоянии одна от другой. Поверх по всей длине нашивают вертикальную полосу темной ткани шириной 5-6 см. Эту полосу украшают серебряными и позолоченными бляхами и монетами. Поперечные полоски по краям также украшают рядами различных пуговиц, монет и ракушек каури.

Замужние женщины носят белый гиззи несколько иного покроя: на спину он спускается треугольником, а плечи и грудь закрывает полностью. Под подбородком гиззи украшают вышивкой. Кроме того, на гиззи нашивают куррак - украшение в виде двух плоских спиралей из конского волоса. Их пришивают так, что с обеих сторон они прилегают к щекам рта. От каждой спирали спускается на грудь по одному тонкому шнурку, сплетенному из конского волоса, а вверх идет короткий шнурок, который спускается с каждой стороны через отверстие шаровидной серебряной бусины и пришивается к краю гиззи у щеки. Поверх гиззи надевается бухнук - стеганая на вате шапочка. Молодая женщина в праздники или когда идет в гости прикалывает на платок, шапочку и гиззи разнообразные серебряные украшения.

Семейные традиции

Среднеазиатские арабы строго придерживались браков внутри своего народа. Нередки случаи женитьбы араба на узбечке или таджичке, но случаи выдачи девушки замуж за мужчину другой национальности встречались крайне редко и при этом осуждались.

В обрядах и обычаях арабов, связанных с вступлением в брак, рождением и воспитанием детей, погребением умерших и поминками, много общего с узбекскими и таджикскими обрядами. Это объясняется не только тем, что все эти народы исповедуют ислам суннитского толка, но и совместным проживанием их в течение многих веков. Имелись, однако, и некоторые отличия в семейных обрядах и обычаях арабов. Наиболее существенным из них является отсутствие калыма. Сторона жениха несет расходы только по проведению свадьбы. Каждый араб считал делом чести снабдить свою дочь-невесту всем необходимым в будущей самостоятельной жизни - одеждой и домашней утварью. Стоимость приданого обычно превышает стоимость расходов на проведение свадьбы. У некоторых групп арабов калым существует, но приданое все равно превышает стоимость калыма.

Среднеазиатские арабы сохранили следы деления на родоплеменные группы. В памяти населения сохранилось всего около двух десятков названий самого различного происхождения. Среди них имеется, например, название такого старинного крупного арабского племени, как курейш. Довольно старыми являются такие названия, как шайбони, санони, балуи. Согласно преданиям, от имени предков, живших несколько сот лет назад, происходят названия таких родовых групп, как зангибои, бахшибои, искандари, рашиди, ходжаги. Связи внутри родовой группы выражается в основном во взаимном участии в семейных торжествах, взаимопомощи и в наличии родового кладбища.

Среднеазиатские арабы в большинстве своем утратили родной язык и в настоящее время говорят на узбекском или таджикском языках. Арабский язык в качестве второго сохраняется только в нескольких селениях: в кишлаках Джангори и Чахдара Гиждуванского района, Арабхона Вабкентского района Бухарской области и кишлаке Джейнау в Сурхандарьинской области.

Численность арабов в Узбекистане составляла:

в 1956 году - 5400 человек,

в 1979 - 2039,

в 1989 - 2805

http://rabatmalik.freenet.uz/rus/arabs.html

Также в Кабадиане, Хатлонская область Таджикистана, проживает община среднеазиатских арабов.

http://www.fp.ru/bulletin/15tadj.htm

Т.е. в этногенезе современных евреев принимали участие не только древние

семиты но и тюркоязычные хазары. В самом деле интересно, куда же делось

могущественный народ хазар?

Идентификацию еврейской нации на генетическом уровне провела команда специалистов из Медицинского центра Лангона при Университете Нью-Йорка (NYU Langone Medical Center) в сотрудничестве с Университетом в Тель-Авиве. Ученые использовали возможности современной молекулярной генетики, а именно полногеномный анализ однонуклеотидного полиморфизма, чтобы оценить общность происхождения еврейской диаспоры в разных странах. И окончательно ответить на вопрос, что связывает евреев, генетические корни или только вероисповедание.

ДНК для анализа ученые взяли в семи еврейских популяциях: у евреев иранских, иракских, сирийских, итальянских, турецких, греческих и евреев-ашкенази. Некоторые из них, правда, живут в Нью-Йорке, но все их бабушки-дедушки с обеих сторон происходят из еврейской диаспоры перечисленных стран. После тщательного отбора экспериментаторы исключили родственные связи между участниками, оставив из 305 образцов только 237. Для сравнения генетики использовали базу данных по 4 тыс. европейцев, азиатов и американцев нееврейского происхождения.

В изучаемых геномах с использованием метода ДНК-биочипов ученые сравнили более 360 тыс. СНИПов (разбросанные по геному вариабельные участки, в которых происходит замена нуклеотидов). Результаты позволяют судить о генетическом сходстве более точно, чем раньше, когда популяционный анализ проводили по гаплотипам митохондриальной ДНК и Y-хромосомы.

Изоляция порождает различия

Как говорят авторы работы, геномы индивидов, принадлежащих к разным популяциям евреев, группировались в соответствующие кластеры. Но эти ДНК разных кластеров больше походили друг на друга, чем на ДНК, взятые у неевреев. Во всех кластерах прослеживалось происхождение от общих предков (корни еврейской нации уходят на Средний Восток). А различия накапливались со временем из-за географической и генетической изоляции отдельных популяций.

Наиболее отличными от остальных и наиболее генетически близкими к средневосточным предкам оказались иранские и иракские евреи, они составляют группу мизрахов (евреи из исламских стран). Европейские популяции — сефарды (некогда изгнанные из Испании и расселившиеся в южноевропейских странах) и ашкенази (некогда жившие в германских землях) приобрели немалое генетическое сходство с нееврейскими популяциями Южной, Центральной и Восточной Европы. Примесь европейских генов оценивается у них в 20−40% (отсюда рыжие волосы и голубые глаза). Есть также и примесь североафриканских генов.

История по ДНК

Биологи вычислили, что ирано-иракские и европейские ветви евреев разделились 100−150 поколений назад. То есть с тех пор прошло около 2500 лет. Первые осели в Вавилоне и Персии и живут в той местности до сих пор, а вторые мигрировали (или были изгнаны) из Палестины и расселились по Европе.

Среди европейских популяций необычайной генетической однородностью отличаются евреи-ашкенази, говорят исследователи. Такое ощущение, что они все родственники максимум в пятом колене. Генетики объясняют это прохождением ашкенази через несколько «бутылочных горлышек» (когда популяция сильно сокращается в численности). Зато затем ашкенази увеличили численность с 50 тыс. в начале XV века до 5 млн в начале XIX века.

Основной вывод, к которому пришли ученые, таков: хотя еврейская диаспора состоит из нескольких географически изолированных групп, они связаны генетическими нитями и, следовательно, общим происхождением.

Попытка генетического осмысления истории евреев опубликована в журнале American Journal of Human Genetics.

Какова вероятность того что евреи-ашкеназы имеют частичное тюркское происхождение? Я думаю что прозелиты - тюрки вместе с этническими евреями после разгрома Хазарии ушли на Запад в поисках лучшей доли как это сделали многие другие тюркские племена в Средневековье и Тёмные века...Эта версия Кесслера но некоторые мои личные наблюдения склоняют меня к этой версии....

Многие называют себя русскими, но при этом имеют большой нос с горбинкой или тёмные очень. В общем не подпадают под обычное описание "русского" типа...но может быть это влияние других процессов? Я живу в Москве и возможно это не типично для всей России, но в столице их по моему мнению очень много.

Теодор Герцл - основатель Всемирной Сионистской Организации (1897)

В нашем обществе не прекращаются споры о сущности сионизма. Одни говорят, что укрепление поселений - это сионистский ответ на арабский террор. Другие утверждают, что, наоборот, отдав арабам территории, мы получим взамен более спокойную и нормальную жизнь на оставшейся части Израиля, и в этом - цель сионизма. Третьи вообще считают, что с созданием государства время сионизма прошло, и наступила эпоха постсионизма. При этом каждый ссылается на учение и высказывания "основателей" и убежден, что его понимание наиболее полно отвечает исходным принципам сионизма.

Вся эта путаница происходит не только из-за того, что в сионизме (как и в любом национальном или религиозном движении) были различные фракции или направления. Причина разногласий здесь гораздо более глубокая: дело в том, что исторически существовал не один, а три разных вида сионизма: сионизм религиозный, сионизм поселенческий и сионизм политический. Эти три вида сионизма возникли в разное время, ставили перед собой разные цели, и общим для них являлось только то, что все они считали создание еврейского государства подходящим средством для достижения своих целей. И хотя на определенном историческом этапе все эти три вида сионизма объединились для построения Государства Израиль, все равно цели создания этого государства воспринимались ими по-разному. За почти сто лет совместной деятельности эти три направления не только не перемешались, но более того, - их позиции сегодня все больше расходятся. Без понимания различий между этими отдельными направлениями мы не сможем понять эволюцию идеологии сионизма в целом.

1. Религиозный сионизм

Впервые в современной форме идея сионизма - т.е. идея о том, что возвращение евреев в в Сион (Палестину) должно быть осуществлено ими самими, не откладывая и не дожидаясь в галуте прихода Мессии - была сформулирована примерно в 1850 г. в работах раввинов Ц.-Г.Калишера и И.Алкалая (а они во многом основывались на идеях, выдвинутых в конце 18-го века Виленским Гаоном). Созданную ими концепцию стали называть позже "религиозным сионизмом". Основой этой концепции было представление о "двух стадиях прихода Машиаха". Иными словами, самостоятельное возвращение евреев в Эрец Исраэль и построение там государста понималось как первая стадия мессианского процесса, способ приближения мессианских времен.

2. Поселенческий сионизм

Вторым направлением в сионизме был поселенческий сионизм, возникший позже, в 1880-х годах, и сосредоточенный на идее "национального возрождения на исторической родине". Целью поселенческого сионизма было "оживление" еврейского народа через освоение Страны. С точки зрения поселенческих сионистов (к которым принадлежали все участники Первой Алии 1882-1904 годов), народ может нормально жить и развиваться толькой на той земле, в которой находятся его исторические корни. Наблюдая вокруг себя забитый и запуганный еврейский народ галута и сравнивая его с сильным, творческим и активным народом древности, они были убеждены, что проживание на своей исторической родине составляет важнейший компонент жизненной силы народа, и стремились вернуть его еврейству.

3. Политический сионизм

И наконец, третьим, наиболее поздним видом сионизма был "политический сионизм", созданный Герцлем в 1897 году и поставивший себе целью создать "правоохраняемое убежище" для евреев, страдающих от антисемитизма. Для Герцля было в конце концов безразлично, в каком уголке земного шара создавать еврейское государство - в Палестине, Аргентине или Уганде. Его целью было "решение еврейского вопроса", под которым понималась проблема антисемитизма. (Напомним, что полное название книги Герцля звучало так: "Государство евреев как опыт современного решения еврейского вопроса "). Герцль считал, что если мы будем иметь свое государство, то станем "нормальным народом", и тогда еврейская проблема в мире исчезнет.

Отличие религиозного, поселенческого и политического сионизма

Интересно отметить, что даже название "Государство Израиль" было введено отнюдь не представителями политического сионизма, но раввином А.-И.Куком, идеологом религиозного сионизма. Название же "Государство Израиль" (в отличие от Герцлевского "Государства евреев") неразрывно связано с определенной страной - Землей Израиля - и подчеркивает нашу преемственность, верность наследию предков - а не просто "поиск убежища".

Иными словами, политический сионизм создал удобную для современности политическую и организационную форму, но только поселенческий и религиозный сионизм наполнили эту форму действительно сионистским содержанием - как в области политического действия, так и религиозно-философского осмысления.

Когда сегодня заявляют, что "основой Израиля является сионизм", то следует поинтересоваться и спросить, какой именно; ибо для различных групп населения Израиля их "сионизм" совершенно разный. Например, зададим вполне актуальный вопрос: если мы можем получить гарантированную безопасность для Тель-Авива, отдав арабам Иерусалим и Хеврон, то должны ли мы это сделать? (Оставим пока в стороне сомнение в том, насколько реально можно "гарантировать" подобную безопасность, и рассмотрим теоретическую, "чистую" ситуацию.) С точки зрения "политического сионизма" ("левых") - конечно, мы должны отдать Иерусалим и Хеврон, ибо целью Израиля, с точки зрения Герцля, является создание "правоохраняемого убежища для евреев" - неважно, на какой территории. С точки зрения же "поселенческого сионизма" ("правых") - конечно же нет, мы не должны отдавать Иерусалим и Хеврон ради спокойствия Тель-Авива, ибо мы построили Государство Израиль не столько для личной безопасности (в Канаде ее, может быть, еще больше), но для того, чтобы возродить еврейский народ, в том числе с помощью его исторических корней - а ясно, что наши исторические корни находятся в гораздо большей степени в Иерусалиме и Хевроне, чем в Тель-Авиве.

И хотя реальный ответ израильтян, если им задать подобный вопрос, не будет таким однозначно черно-белым, как это приведено выше; и хотя на сегодня, из-за многолетней радиотелевизионной пропаганды средний израильтянин понимает историческое значение Хеврона гораздо меньше, чем он ощущает значение Иерусалима; и хотя реально все, и правые и левые, будут приводить "в смеси" и исторические доводы, и доводы безопасности, - все равно глубокая разница, почти пропасть между правыми и левыми - это пропасть между поселенческими и политическими сионистами, между теми, кто стремится к возрождению еврейского народа на его исторической родине, и теми, кого волнует только правоохраняемость убежища.

П.Полонский

http://www.machanaim.org/tor&life/pol_art/19.htm

http://www.lechaim.ru/ARHIV/163/fadeeva.htm

*Захватив в 1453 году Константинополь, турки покончили с Византией, от

которой и к тому времени уже мало что оставалось. Успехам турок

способствовали частые распри и войны в христианском мире, своекорыстие и

соперничество европейских правителей, отказавшихся помочь гибнувшей

Византии. Впрочем последние вскоре вынуждены были объединиться для обороны

от дальнейшей турецкой экспансии.*

Исторические катаклизмы часто бывают неоднозначны по своим последствиям.

Удача одних оборачивается бедой для других. Реконкиста консолидировала и в

военном отношении усилила Испанию. Великие географические открытия испанцев

приходятся на XV–XVI столетия – время разгула инквизиции и клерикализма.

Именно тогда были физически уничтожены либо изгнаны из Испании и Португалии

тысячи евреев и мавров, не пожелавших принять навязываемое силой крещение.

Падение Константинополя сопровождалось гибелью и бегством тысяч греков,

утратой ими государственности. Но для евреев, жестоко преследуемых,

изгнанных из Европы, двери Стамбула, новой столицы турок, оказались

открытыми. В Византии евреи тоже подвергались преследованиям, многие

вынуждены были ее покинуть, а в молодой обустраивавшейся мусульманской

империи не было особого религиозного фанатизма. Османские султаны –

преемники Сельджукидов Рума, наследники их земель и культуры – заимствовали

у них многие методы управления. На первых порах они следовали и духовному

опыту своих предшественников с их мусульманско-христианским двоеверием,

стихией древних домусульманских традиций, с обилием у них всякого рода

антимусульманских учений.

В высших кругах общества Малой Азии еще в XIV веке удерживались старые

религиозные верования тюрок, не укладывавшиеся в рамки ислама.

Безусловное господство суннизма ханифитского толка, далеко не самого

радикального в исламе, устанавливалось долго, не менее двух столетий, и лишь

в XVI веке он одержал окончательную победу в Османском государстве.

Еще одна причина веротерпимости и относительной толерантности к иноверцам

первых османских султанов заключалась, в частности, в чрезвычайной

этно-религиозной пестроте населения новой империи. Открыв свободный доступ в

столицу для евреев-беженцев из Европы, Мехмед II Фатих (Завоеватель), а

затем и его преемники имели в виду сугубо прагматическую цель:

восстановление хозяйства на опустошенных войной территориях. От ужасов осады

и грабежей, конечно, не были застрахованы и местные евреи, которых турки не

выделяли из общей массы населения захватываемых городов. Но вскоре после

взятия Константинополя султан обнародовал указ, в котором дозволял всем

бежавшим от войны местным жителям вернуться в свои дома. Мехмед II приказал

также переселить в новую столицу турок, армян и евреев из других частей

страны. Беженцам-евреям разрешено было селиться в Стамбуле и других городах

Османского государства, строить синагоги и школы, заниматься ремеслами и

торговлей.

Местных евреев, издавна живших на этой земле, называли романиотами. Они

говорили по-гречески, придерживались ортодоксальных религиозных

установлений. В первые столетия существования Османской империи они

составляли большинство в еврейских общинах, и главные раввины Стамбула

поначалу избирались из их среды.

В Византии сложилась, кроме того, община караимов, державшаяся особняком.

Впрочем, и другие общины далеко не всегда успешно «взаимодействовали» друг с

другом.

Община сефардов состояла из испанских, итальянских и португальских беженцев

XV–XVI веков. Их численность постепенно увеличивалась и к середине XVI века,

по некоторым данным, достигла примерно 30 тыс. человек. Сефарды не были

монолитным сообществом; они делились на группы, и каждая стремилась

сохранить собственный порядок Б-гослужения, свои обычаи. Они претендовали на

отдельную синагогу и раввинат. Их община имела обособленные землячества:

кастильское, арагонское, португальское. Последние, в свою очередь, дробились

на более мелкие группы: кордовскую, толедскую, барселонскую, лиссабонскую и

другие.

Община ашкеназов сформировалась позднее. Она включала в себя выходцев из

Германии и других стран Центральной и Восточной Европы, бежавших от

преследований. Какое-то время каждая из этих общин самостоятельно

распределяла денежные поступления от налогов на нужды культа, школ, больниц,

домов призрения, для содержания членов своих религиозных советов и служащих.

Каждая занималась также сбором податей в пользу османских властей. Подушная

подать (джизье) и раввинский налог за право иметь главного раввина в

Стамбуле составляли 200, 100 или 20 аспр – в зависимости от категории, к

которой по своему имущественному положению принадлежали члены общины. От

уплаты налогов освобождались не только неимущие и калеки, но, как правило, и

раввины, а иногда даже лица, приближенные к султану. В число последних

входили, к примеру, медик султана Селима I Иосиф Гамон, испанский еврей, а

позднее его сын и внук при дворе Сулеймана I.

Очевидно, в связи с необходимостью обустройства еврейских беженцев и

переселенцев на новом месте Мехмед II освободил общины от некоторых налогов.

В специальном акте (муафнаме) говорилось: «Отныне запрещено требовать с

еврейских общин налоги касаплык (с продажи мяса), саррафлык (за обмен

денег), яве (на содержание охраны). Также они освобождаются и от всех

обычных податей».

Ферман от 10 зильхидже 1001 года хиджры (17 сентября 1593 года), подписанный

новым султаном Мурадом III (1574–1595), подтверждал «акт освобождения,

дарованный еврейским общинам покойным и прощенным султаном Мехмед-ханом II,

да пребудет его душа в вечном блаженстве».

Налог касаплык был обусловлен необходимостью регулярного завоза мяса. Он

существовал с тех далеких времен и до начала XX века. Скот доставляли в

столицу из европейской и азиатской частей империи – Румелии и Анатолии, что

требовало больших усилий и затрат, притом не гарантировавших успеха. С

наступлением зимних холодов скот погибал в дороге из-за бескормицы. Мало кто

отваживался на подобную коммерцию за собственный счет. Поэтому, чтобы

всё-таки обеспечить стамбульское население мясом, немусульманские общины

обязаны были платить налог, который создавал ресурс для этой весьма

рискованной торговли. В фермане разъяснялось также, почему евреев раньше

принуждали платить налог: «Евреи не работают в субботу и в дни своих

праздников. Они не могут заниматься доставкой мяса, а потому обязаны…

вносить в казну 100 тыс. аспр на потребление баранины и такую же сумму на

эксплуатацию рудников».

Мотивы освобождения евреев от налога саррафлык в фермане отсутствовали.

Отдельными ферманами султаны давали право не платить налоги некоторым

гражданам, состоявшим на дворцовой службе. В фермане 1452 года, незадолго до

падения Константинополя, Мехмед II освободил своего медика-еврея Якуба от

десятины, налогов на сады и виноградники, на строительство крепостей, от

всякого рода трудовых повинностей, а также от чрезвычайного налога –

авариза. Впрочем, известно, что в первые столетия существования Османской

империи налоги, требуемые с немусульман, не были чрезмерными. Военная добыча

и дань с населения завоеванных территорий и без того обеспечивали османской

верхушке безбедное существование. Что касается расселения стамбульских

евреев, то они, как и другие этно-религиозные группы, проживали компактно и

обособленно в отдельных кварталах.

Известный турецкий путешественник Эвлия Челеби сообщал в 1625 году: «Когда

Фатих завоевал Стамбул, он поселил 50 <еврейских> семей в Текфур-Сарае возле

Шухуд Куюсу (колодец свидетелей), который позже переименовали в Чифут Куюсу

(еврейский колодец). В квартале Хаскёй были поселены выходцы из Цфата». Есть

свидетельства, что при этом султане евреи были защищены от ненависти и

агрессии, – как мусульман, так и христиан.

В XVI веке караимы освоили квартал Бахче Капы (Ворота сада). Турки его

переименовали в Чифут Капысы (Еврейские ворота). В начале XVII века на этом

месте власти решили построить мечеть, и караимы были оттуда выселены. Взамен

им разрешили обосноваться в окрестностях Хаскёя. В середине этого столетия

пожары вытеснили общину романиотов из района Балык Пазары. К концу века

евреи жили в следующих кварталах Стамбула: Балат, Аязма Капысы, Айвансарай,

Джибали, Текфурсарай. На побережье бухты Золотой Рог их кварталы

располагались в Хаскёе, Кассым Паше, Галате и Мумхане. На Босфоре они

селились в Бешикташе, Ортакёе, Кузгунджуке и в Ускюдаре. Есть сведения, что

они жили в 17 кварталах, окружавших Золотой Рог.

Тот же Эвлия Челеби в своем сочинении упоминал великолепные сады,

принадлежавшие некоторым евреям Хаскёя. Он особо выделил Мордехая, Ниссима и

Кемаля – трех сыновей некоего Кюпе; те выращивали отличные лимоны, персики и

гранаты. Еврей Кипели, в свою очередь, изготавливал превосходный ликер.

Сложно сколь-нибудь адекватно определить численность этно-религиозных групп

в Османском государстве вплоть до XIX века, когда методика переписи

населения начала приближаться к европейской. Путешественники и агенты,

посещавшие Стамбул, приводили различные цифры численности еврейских общин –

притом в одно и то же время, поскольку основывались они на данных, нередко

далеких от статистики. И всё же некоторые сведения, прежде всего из

османских реестров, заслуживают внимания.

В 1590 году в Стамбуле, по данным переписи, проживало 11 300 взрослых евреев

мужского пола, плативших подушную подать в размере одного цехина. Несколько

лет спустя еврейское мужское население достигло примерно 20 000, а ежегодный

подушный налог уже составил 3000 цехинов. В 1668–1669 годах этот налог

достиг суммы в 874 000 акче!

При греках в Константинополе в лучшие времена было три синагоги. В османском

Стамбуле еврейские кварталы разрастались. Появился новый квартал евреев,

выходцев из Эдирне (Адрианополя), бывшей столицы турок-османов. Эвлия Челеби

писал, что в начале XVII века в еврейских кварталах насчитывалось 7 синагог

и 12 раввинов.

Система управления еврейскими общинами с византийской эпохи до османского

периода почти не изменилась, поскольку ее моральные, социальные и

юридические нормы имели религиозную основу. При синагоге действовал совет

нотаблей (хасгаха). Он формировал комиссии, занимавшиеся конкретными

проблемами: правовыми и хозяйственными. Численность членов совета

варьировалась от семи до девяти человек, но бывали случаи, когда она

снижалась до пяти и даже до трех человек. Общинный совет назначал

уполномоченных (мемуним), которые занимались распределением налогов и

другими хозяйственными делами; они же проверяли обоснованность приговоров к

изгнанию из общины.

Главный раввинат в Стамбуле был учрежден позднее, чем греческий и армянский

патриархаты. Первоначально власть главного раввина Стамбула – хахам-баши –

ограничивалась пределами города. В отсутствие главного раввина функции

руководства общинами брал на себя религиозный совет Бет-Дин.

В хронике Элия Капсали сообщалось, что первый главный раввин Стамбула Моше

Капсали (дядя хрониста) происходил из романиотов и был влиятельной персоной.

Не без успеха он ходатайствовал перед султаном Мехмедом II за нескольких

еврейских торговцев Валахии, ограбленных небезызвестным тамошним князем

Владом Цепешем (прообраз Дракулы). Раввин передал султану и жалобу на

янычар, терроризировавших еврейских детей, чем навлек на себя ненависть тех,

кто принадлежал к этой могущественной, привилегированной корпорации.

Через несколько дней после смерти султана Мехмеда II в столицу прибыл его

наследник Баязид. Капсали пользовался доверием и нового султана. Есть

сведения, что в эпоху царствования Баязида (1481–1512) янычары попытались

свести счеты с главным раввином. Ночью они ворвались в дом Капсали,

намереваясь его убить. В просторном дворе со множеством построек убийцам

было сложно сориентироваться. Находившаяся в доме служанка крикнула

по-турецки: «Что вам нужно? Здесь живут только мусульмане!» Решив, что

ошиблись, янычары удалились. Это спасло раввину жизнь.

Были у Моше Капсали и другие проблемы. Брат султана Джем, укрывшись в

Египте, пытался оспорить права Баязида II на престол. Отношения двух сторон

из-за этого обострились. Палестина тогда еще не была завоевана турками и не

входила в состав их империи, а зависела от египетских правителей. Положение

тамошних евреев многие годы оставалось крайне тяжелым, община значительно

сократилась. Палестинские евреи отправили в более благополучные общины

других стран посланца – шлиаха – просить о вспомоществовании для бедствующих

в Иерусалиме. Шлиах прибыл в Стамбул и обратился к главному раввину.

Последний был вынужден отказать просителю. Очевидно, оценив конфликтные

отношения султана с правителем Египта, он не решился без ведома Баязида II

что-либо сделать для единоверцев, формально бывших подданными враждебного

государства.

Разгневанный шлиах нашел общий язык с врагами Капсали: Эли Парнассом,

Аароном, сыном Абаи, Ицхаком, сыном Шмуэла Альтерно, и раввином Ашером,

сыном Ицхака а-Коэна Ашкенази. Они якобы обнаружили изъяны в четырех

изданных Моше Капсали религиозных актах и через шлиаха сообщили об этом

известному раввину Падуи Йосефу Колону. Тот разослал в стамбульские общины

письма, содержавшие оскорбления и угрозы в адрес главного раввина, и они

произвели скверное впечатление в раввинистических кругах ряда европейских

стран. В конце концов Йосеф Колон, очевидно, осознал неправедность своего

поступка. Незадолго до смерти он послал с извинениями к главному раввину

Стамбула своего сына.

После смерти Моше Капсали в 1571 году должность главного раввина занял

потомок переселенцев из Греции Элия Мизрахи (родившийся в 1455 году и

умерший между 1525 и 1527 годом). Он был учеником раввина Иеуды Менца из

Падуи, слыл крупным знатоком Талмуда. При всей своей глубокой религиозности

Мизрахи не считал науку чем-то враждебным Б-гу и чуждался любых проявлений

фанатизма. Он преподавал математику и астрономию, составил пособия по этим

дисциплинам, настолько популярные, что их перевели на латынь. В юности

главный раввин был горячим спорщиком, публично дискутировал с турецкими

караимами, но к старости стал снисходительнее, терпимее и даже защищал

караимов от нападок фанатиков из апульской общины. Эти люди вознамерились

разрушить давние добрососедские отношения талмудистов с караимами. Первые

собрали членов своей общины, чтобы со свитком Торы в руках проклясть всех,

кто впредь осмелится чему-либо обучать караимов и их детей. Запрет

распространялся не только на обучение караимов Торе, но и на светские

предметы: математику, естествознание, логику, музыку. Даже на азбуку.

Талмудистам запретили поступать в услужение к караимам. Так была воздвигнута

глухая стена между теми, кто веровал только в Тору, и теми, кто признавал

еще и Талмуд. Возмутились столь открытой нетерпимостью лишь очень немногие

стамбульские евреи. В основном это были учителя, имевшие учеников в разных

общинах и лишавшиеся значительной части своих заработков. Наиболее

толерантная часть талмудистов собралась в синагоге и попыталась добиться

отмены проклятия. Однако многочисленные фанатики были очень активны. Они

привели к синагоге решительно настроенные толпы своих сторонников,

вооруженных дубинами, и настояли на повторном ритуале проклятия. Слепой

ненависти толпы решился противостоять только один человек – главный раввин.

Он убеждал разгневанных людей и доказывал, сколь несправедливо и вопреки

Талмуду поступают те, кто ненавидит и отталкивает караимов. Ссылаясь на

авторитетные мнения Хай Гаона и Маймонида, Мизрахи настаивал на том, что

талмудисты не только вправе, но даже обязаны относиться к караимам как к

евреям. Кроме того, он утверждал, что нетерпимость приведет к упадку

еврейского образования, так как до сих пор именно соперничество и желание

превзойти стамбульских караимов способствовали успехам учеников-талмудистов.

В этот ранний период Османской империи евреи Стамбула имели своего

представителя при дворе, называвшегося на турецкий манер кяхья, обладавшего

правом доступа к высшим сановникам и самому султану. В правление султана

Сулеймана I Кануни (Законодатель) эти функции выполнял Шалтиель,

характеризовавшийся еврейскими источниками как чрезвычайно ловкий и успешный

человек, к тому же владевший турецким языком. Нередки были случаи

притеснений и насилия со стороны мусульман и христиан в отношении евреев.

Имел место и произвол провинциальных властей. Шалтиель вступался за

единоверцев и за деньги добивался для них при дворе благоприятного исхода

дел. В 1519 году он был смещен с должности по требованию общин, которые

представлял. Очевидно, Шалтиель задел чьи-то интересы, но с уходом ловкого

ходатая, имевшего связи с власть имущими и с благожелательно настроенным к

нему султаном, многие евреи поняли, сколь необходимым было его присутствие.

В мае 1520 года по решению раввинов и представителей общинных советов

Шалтиеля вернули на прежнее место, обязав его выполнить следующие условия:

без согласия общин не вести какие-либо переговоры с везирами и султаном; не

использовать собственное положение к личной выгоде и в ущерб единоверцам; не

вовлекать сыновей в свои придворные дела. Однако на этом конфликт не

закончился. Второе решение о восстановлении Шалтиеля в прежней должности

вызвало негодование части общины, видимо тех, кто инициировал его

отстранение. И всё же большинство раввинов высказалось в его пользу.

Как уже говорилось, этно-религиозные меньшинства в городах Средневековья, и

на Западе, и на Востоке, обитали в отдельных кварталах, где центром были

культовые сооружения: мечеть, церковь или синагога – в зависимости от

вероисповедания жителей. Иногда кварталы разделялись стенами. За пределами

квартала, за пределами общины в те времена мало кто мог выжить в одиночку.

Община была средой обитания, опорой, защитой. А контакты между членами

различных общин были минимальными.

Население средневековых османских городов разнилось и внешним видом:

одеждой, головными уборами, обувью. На этом настаивали сами общины, а

бывало, и власти. Есть данные, что обязательная форма одежды для евреев была

введена после 1600 года. Раньше некоторые евреи ходили в тюрбанах, свернутых

из белой кисеи, наподобие головных уборов, которые носили муллы. Об этом, с

характерным подтекстом, рассказывает один из европейских авторов: «Евреи,

приезжающие в Италию из Турции, показываются в белых тюрбанах, носить

которые было привилегией турок. Им же полагались желтые головные уборы».

Далее утверждается: «Это хитрость с их стороны, ибо таким образом они могут

воспользоваться доброй репутацией турок, которых на Западе принимают лучше,

чем евреев. С 1566 года миланских евреев обязали носить желтую шапку, и это

не первое предупреждение им». Красноречивый пассаж! «Добрая» репутация турок

и, конечно, несравнимо лучшее отношение к ним, чем к евреям, объяснялись не

столько мифическими достоинствами представителей этой нации, сколько

страхом, который внушало европейцам военное могущество их страны. Сила,

способность вызывать страх – до сих пор реальная основа и «доброй»

репутации, и прав отдельных стран и народов!

В Османской империи евреев власти сначала обязали носить тафьи из красного

сукна, а после 1008 года хиджры (1600 год) им было велено надевать тафьи из

сукна черного цвета.

Профессии османских евреев отличались большим разнообразием. Упомянутый

Эвлия Челеби писал, что они занимались кожевенным производством (выделкой

пергамента и сафьяна), изготавливали алкогольные напитки, в основном раку

(разновидность водки), вели торговлю шелком и другими тканями. Среди них

были аптекари, оружейники, мясники, содержатели питейных заведений, хотя,

впрочем, большую часть последних всё же составляли греки. Турецкий

путешественник видел евреев-фокусников, жонглеров, танцоров, странствующих

музыкантов. Полуофициально многие работали на монетном дворе, занимались

откупом налогов, нередко выполняли различные посреднические функции между

турками и европейцами. Посещавшие страну европейцы считали евреев

прирожденными переводчиками, без которых нельзя было обойтись на

переговорах: «Те, кто выехал из Испании, Германии, Венгрии, Богемии и других

стран, обучали языкам стран исхода своих детей, а дети еще усвоили и языки

новых мест их пребывания: греческий, турецкий, арабский, армянский,

итальянский, славянские. Евреи Турции нередко говорят на четырех-пяти

языках, но попадаются и такие, которые знают десять-двенадцать. Они (то есть

прибывшие в страну марраны. – И. Ф.) научили турок способам ведения торговли

и европейским методам механического производства».

Евреям поручали небезопасные дипломатические миссии. В 1477 году Мехмед II

отправил в Венецию посланца-еврея заключить мирный договор с республикой,

требуя в качестве непременного условия уступки города Лепанто. Посланец, чье

имя осталось неизвестным, забрал у правителя Крита, вассала Венеции, письмо

и на итальянском судне отплыл по назначению. Вскоре судно захватили корсары.

Раненному в бою еврею пираты отрезали палец вместе с драгоценным перстнем.

От потери крови он скончался близ Каподистрии.

В царствование султана Мехмеда IV (1648–1687) великий везир Мехмед-паша

Кёпрюлю из династии сильных и самостоятельных великих везиров, управлявших

империей в XVII веке, тоже воспользовался услугами еврея-дипломата. Великий

везир должен был ответить шведскому королю Карлу XII Августу на предложение

вступить с ним в союз против России. Мехмед-паша направил в Стокгольм Моше

бен Иеуду Бебери. Он соглашался заключить предложенный союз при условии, что

Швеция прекратит все отношения с трансильванским князем Дьёрдем Ракоци II,

поднявшим восстание против султана в 1648 году. Случилось так, что посол

надолго задержался в Швеции и умер в Амстердаме в 1674 году. После его

смерти сложные переговоры в Швеции продолжил сын покойного – Иеуда Бебери.

Евреи принимали участие в дипломатических переговорах на завершающей стадии

войны 1699 года. Союз католических государств («Священная Лига»), состоявший

из Австрии, Польши и Венеции, был создан в 1684 году при деятельном участии

римской курии для более эффективного противостояния туркам, с которыми эти

страны воевали с 1683 года. В 1686 году к «Священной Лиге» присоединилась

Россия. В таком составе коалиции четырех государств удалось нанести туркам

поражение. Мирные соглашения вырабатывались в 1689–1699 годах на Карловицком

конгрессе. Османскую сторону представлял медик Исраэль Конеглиано (иногда

его называют Коньяно), по совместительству дипломат. Карловицкие соглашения

были утверждены в 1700 году Константинопольским мирным договором.

Медик султана Ахмеда III, португальский еврей Даниэль Фонсека, тоже выполнял

дипломатические поручения. В 1709 году войска Петра I разгромили под

Полтавой армию Карла XII. Шведский король бежал и нашел убежище в Бендерах,

тогдашних владениях султана. Он предложил Ахмеду III наступательный союз

против России. С турецкой стороны в этих переговорах принял участие Даниэль

Фонсека.

Многие европейские сочинители, враждебно настроенные к евреям, ставили им в

вину такие качества, как ловкость, сноровка, умение добиваться успеха в

делах. Известный немецкий историк Цинкайзен полагал, что именно эти черты

помогали евреям снискать расположение султана и его приближенных. Он

утверждал, что евреи впервые получили доступ во дворец в качестве

странствующих музыкантов и комедиантов. Получили во времена известного своей

распущенностью и пьянством султана Селима II (1566–1574). В действительности

первыми евреями при османском дворе, как и при многих других, гораздо раньше

указанного периода были медики.

Находившийся в середине XVI века в османской столице Стефан Герлах описывал

еврейский оркестр из пяти музыкантов, игравших на скрипке, лютне, цимбалах,

литаврах и кобзе (старинном украинском струнном инструменте). И хотя автор

записок дурно отзывался об услышанной музыке, султану она явно понравилась,

поскольку музыкантов много раз звали во дворец.

Одним из традиционных занятий в еврейской среде была медицина. При дворах

европейских и восточных владык нередко состояли евреи-лекари. При османском

дворе, помимо уже упомянутой семьи Гамон, служили и другие медики-евреи.

Столь же традиционно евреи играли заметную роль в торговле, финансовых

операциях, откупе налогов. Известная энергия и предприимчивость давали им

возможность действовать не без успеха в самых различных сферах, преодолевать

неблагоприятные обстоятельства и постоянно чинимые им препятствия. Эти

качества стали единственным средством выживания для тех, кто не погиб в

результате гонений, погромов, повседневных унижений.

Первая типография в Стамбуле была еврейской. Ее в 1494 году открыли выходцы

с Пиренейского полуострова. Для сравнения – первая армянская типография была

открыта в 1567 году, а греческая – в 1624-м. Что касается первой турецкой

типографии, использовавшей для книгопечатания арабский шрифт, то ее открыл в

1729 году Ибрахим Мюттеферик, венгр, принявший ислам.

В Стамбуле в течение четырех с половиной столетий издавались сборники

документов, содержавшие информацию о социальной, культурной, политической и

экономической жизни еврейских общин. Многие из этих сборников были

уничтожены пожарами, весьма частыми в городе. Помимо естественных причин,

пожары случались и вследствие поджогов, которые практиковали янычары с целью

грабежей.

XVI век – эпоха новой большой волны беженцев из Португалии, Италии, Южной

Франции, пополнивших еврейские общины Балкан и Стамбула. Помимо типографии,

сефарды привезли с собой новые технологии литья металлов и производства

тканей. Довольно скоро, по свидетельству османских хронистов и европейских

путешественников, эмигранты заняли в столице заметное место. Авторы

исторических записок не проявляют при этом ни малейшего расположения или

сочувствия к евреям. Француз Мишель Февр пишет: «Они (евреи) настолько

искусны и ловки, что сделались необходимыми буквально всем. Вы не найдете ни

одного известного турецкого семейства, ни одного иностранного торговца, у

которых бы на службе не состоял еврей. Он был нужен в самых разных делах,

будь то оценка товаров, качество которых он знал; будь то работа переводчика

или же советника в сложных ситуациях. Евреи были отлично осведомлены обо

всем, что происходило в городе: где, что, в каком количестве и какого

качества можно было найти, если данный товар продавался или обменивался. Без

такого рода услуг – нет торговли». Далее француз обращает внимание читателей

на то, что грекам и армянам, по крайней мере до XVII века, соперничать с

евреями было трудно. Дипломаты и торговцы в христианских странах пытались

подкупом расположить в свою пользу нужных им представителей иудейского

племени.

Однако уже во второй половине XVII века сильную конкуренцию в торговле и

предпринимательстве евреям составляли греки-фанариоты, потомки знатных и

богатых византийских родов, которые постепенно захватывали ключевые позиции

в финансовой деятельности, откупах и торговле.

Султаны, правившие в XV–XVI веках, будучи сильными, уверенными в себе

правителями, отличались известной веротерпимостью к иноконфессиональным

меньшинствам, евреям в том числе, – хотя и в те времена при дворе не было

недостатка в клевете, вражде, агрессии. Характерен такой эпизод. Султану

Селиму I для завоевательных походов в Египет и другие страны Ближнего

Востока нужны были деньги. И немалые. Большую сумму он взял в долг у некоего

еврея, который вскоре умер, не успев получить назад ни гроша. Дефтердар

(казначей) в специальном письменном обращении (мюзеккере) к султану убеждал

его не возвращать денег наследникам почившего в бозе заимодавца. Прочитав

послание, султан будто бы написал на нем следующую фразу: «Merhuma rahmet,

yetimlerine afiyet, maline bereket, gammaza la net», то есть: «Милость Б-жья

да пребудет с покойным, здоровье – осиротевшим, изобилие – их имуществу, а

доносчику – проклятье». Тогда или немного позднее, по свидетельству Эвлия

Челеби, дефтердаром Селима I был еврей, обратившийся в ислам и получивший

новое имя Абдул Селим.

Достоверно известно, что султан Сулейман I Кануни сумел защитить своих

подданных-евреев от преследований папы Павла IV, жестокого фанатика,

пытавшегося покончить с протестантизмом и одновременно уничтожавшего на

кострах европейских евреев. В том числе и марранов.

Разобщенные еврейские общины в Стамбуле в какой-то мере консолидировала

ненависть, которую питали к иудеям греки и другие христиане. Греков

возмущало, что евреи добились права присутствовать вместе с ними на

официальных церемониях. Они жаловались на это османским властям, утверждая,

что греческие духовные иерархи уже потому выше иудейских, что их патриархат

учрежден раньше главного раввината. В ответ евреи приводили свои аргументы.

В годы правления султана Мурада IV (1623–1640) в султанскую канцелярию

поступало особенно много жалоб от греков. Евреи же ссылались на численное

превосходство своих общин. Данные Эвлия Челеби, побывавшего в Стамбуле в

первой четверти XVII века, это подтверждают. По его сведениям, в Стамбуле в

ту пору было 657 еврейских домохозяйств, 304 греческих, 27 армянских и 17

домов, принадлежавших европейцам.

В годы правления Мурада IV еврейские источники отмечали эксцессы,

спровоцированные фанатиками в связи с кровавым наветом. Эту клевету нередко

использовали как повод для погромов. Царствование Мурада IV омрачили и

пожары, опустошившие значительную часть стамбульских кварталов, в том числе

еврейских. Как уже говорилось, романиоты жили обособленно от сефардов. Но

пожары – бич столицы – вынудили несколько сефардских семей искать убежища в

квартале романиотов и посещать их синагогу. Пострадавшим от пожара

романиотам в свою очередь пришлось ходить в уцелевшую при пожаре сефардскую

синагогу. Она стояла неподалеку. Таким образом, вследствие крайних

обстоятельств хотя бы временно было преодолено отчуждение, долгое время

разделявшее еврейские общины.

Материальную сторону еврейской религиозной жизни составляла деятельность

благотворительных обществ. Они содержали больницы, школы, дома призрения,

сирот, просто людей, нуждавшихся в помощи. В 1624 году некто Моше Залма

завещал 10 тыс. аспр благотворительному обществу романиотов (Бикур холим) и

столько же школе сефардов «Талмуд Тора». Но благотворительные общества и

фонды зависели от источников финансирования, которые могли иссякнуть, и от

степени усердия тех, кто в них трудился. Всё же к концу XIX века таких

фондов стало значительно больше, и результаты их работы оказались заметнее,

чем прежде.

В XVII веке община романиотов постепенно пришла в упадок. Пожары уничтожили

и синагогу, и жилые дома. Романиоты рассеялись, смешались с евреями других

общин. Не столь многочисленные, как сефарды, ашкеназские евреи, однако,

выстояли. В XVII веке их община пополнилась за счет единоверцев, бежавших от

погромов из Польши и с Украины в 1648–1660 годах.

Есть сведения, что страшная резня евреев на Украине, учиненная бандами

Богдана Хмельницкого, стала одной из причин консолидации сефардских и

ашкеназских общин. Многие евреи, захваченные казаками и татарами, были

выкуплены потомками испанских изгнанников.

С XVII века тем не менее всё более становятся заметными признаки упадка

еврейских общин Стамбула в целом. В XVIII–XIX веках положение ухудшилось еще

больше. Бедность населения достигла такой степени, что пришлось закрыть

еврейскую типографию. Нужные книги теперь печатал армянин Богхос Арароглу.

В середине XVIII века была ограничена торговля алкогольными напитками,

которой занимались и христиане, и евреи (мусульманам алкоголь запрещен

религией). Султан Махмуд I (1730–1754) обнародовал указ, не допускавший

впредь доставку в Стамбул вина и водки на судах, принадлежавших христианам и

евреям. Правда, следующим указом султан разрешил евреям привозить примерно

10 литров вина для собственных религиозных нужд – при условии, что его не

станут продавать в питейных заведениях. К 1772 году финансовое положение

еврейских общин Стамбула стало совсем плачевным. Их долг казне достиг 325

тыс. пиастров, а доходы не могли сбалансировать бюджет. Османские власти

мобилизовали 300 из 1500 должников, не уплативших налоги, для

вспомогательных работ на нужды армии, воевавшей тогда с Россией.

В 1798–1800 годах Порта требовала, чтобы стамбульские евреи несли морскую

службу в качестве матросов. Такая необходимость была обусловлена военной

экспедицией Наполеона в Египет, входивший тогда в состав Османской империи.

Как известно, египетская кампания не принесла Наполеону успеха, несмотря на

первоначальные победы и разгром египетских войск. Матросы-евреи вернулись

домой, но на этом воинская повинность для них не кончилась. В 1821 году

туркам пришлось подавлять греческое восстание, быстро охватившее все новые

территории. Чтобы увеличить число матросов, отправляемых на борьбу с

повстанцами, правительство обратилось к еврейской общине с требованием

предоставить в его распоряжение по 30 человек от кварталов в Хаскёе и

столько же от кварталов в Балате. Требование стамбульских властей пришлось

выполнить. Греческое восстание при Махмуде II, продолжавшееся до 1825 года,

поддержанное многими европейскими странами и особенно Россией, закончилось

провозглашением независимой Греции. Но евреи Стамбула против их воли

оказались вовлечены в кровавые события, не имевшие к ним никакого

касательства.

27 апреля 1821 года, в первый день православной Пасхи, патриарх

Константинопольский, обвиненный властями в причастности к восстанию, был

повешен в греческом квартале на воротах кафедрального собора.

Присутствовавший при казни великий везир Али-паша Бендерли, заметив в толпе

нескольких евреев, насмешливо промолвил, обращаясь к ним: «Добро пожаловать,

евреи! Вот перед вами повешенный враг, наш и ваш! Приказываю вам бросить его

в море!» Смертельно напуганные Мутал, Бишатчи и Леви не посмели ослушаться

приказа великого везира и потащили труп патриарха к набережной. Из-за того,

что они согласились это сделать, греки впоследствии уничтожили несколько

еврейских общин. Пострадало около 5 тыс. человек.

К середине XIX века евреи Стамбула всё еще были разобщены, что сильно

усложняло их жизнь и грозило опасностями. В первой трети XVI века, после

смерти Элии Мизрахи, был упразднен главный раввинат. Это произошло из-за

длительных распрей в самих общинах; взаимное недовольство то тлело, как

угли, то вспыхивало шумными ссорами. Тогда романиоты избрали нового главного

раввина из своей среды. Им стал Иешуа Кандиоти, которого при жизни отличал

Мизрахи. Численно возросшие и окрепшие к тому времени общины сефардов не

пожелали признать главного раввина-романиота. В результате раскола с

официально признанным постом хахам-баши было покончено. Пост упразднили, но

налог за него (рав-акчеси) продолжали платить. В 1836 году по ходатайству

еврейских общин турки согласились восстановить главный раввинат. После

перерыва в несколько столетий главным раввином стал Авраам Леви.

В XIX веке османским евреям, общины которых слабели и нищали, неоднократно

пытались помочь их преуспевшие европейские единоверцы. В 1854 году один из

распорядителей благотворительного фонда Ротшильдов, Альбер Коэн, возвращаясь

из Иерусалима, посетил Стамбул и был принят великим везиром Мустафой

Решидом-пашой. Коэн попросил великого везира представить его султану.

Просьбу гостя выполнили, и он получил аудиенцию. Ободренный благожелательным

приемом, Коэн намекнул на трудности, которые переживают еврейские общины, и

просил султана явить милость к его еврейским подданным. Абдул Меджид I

ответил, что не признает никаких различий между жителями своей страны

(реайя), что они одинаково пользуются всеми правами. Трудно было ожидать

другого ответа. Ни один султан не стал бы решать проблемы немусульманской

общины, если сама община не была способна к консолидации и самоорганизации –

важнейшим условиям и выживания, и прогресса.

В апреле 1873 года барон Гирш, известный коммерсант и предприниматель, был

принят в Стамбуле султаном Абдул-Азизом. Во время беседы он обратил внимание

султана на плачевное состояние еврейских общин Османской империи. Барон

просил султана включить нескольких евреев Румелии (европейская часть

Османского государства) в администрацию восточных железных дорог и

телеграфа, в строительстве которых он намеревался принять участие.

Султан ответил, что при всем желании не сможет выполнить просьбу. Он

объяснил барону, что местные евреи не пригодны к той работе, о которой идет

речь, во-первых, в силу отсутствия у них необходимого образования, а

во-вторых, из-за незнания турецкого языка. Барон поначалу был обескуражен.

Однако, как сообщал журнал «El Nacional» в апреле 1874 года, беседа с

султаном побудила его оказать содействие организации школьного образования

турецких евреев. Он пожертвовал тогда весьма значительные средства.

Реформы Танзимата, провозглашавшие равенство всех подданных султана,

независимо от вероисповедания, равенство хотя бы декларативное, казалось бы,

открывали перед османскими евреями заманчивые перспективы. Но встречены они

были без всякого энтузиазма. Мало того – реформы внесли еще большую сумятицу

и раздор в жизнь и без того нестабильных, враждовавших между собой групп

населения.

*Еврейские общины пережили не одно тысячелетие. В вынужденных странствиях, в

скитаниях из страны в страну они сохранились благодаря строгой

приверженности религиозному закону и традициям. Сохранились, как это ни

покажется парадоксальным, еще и благодаря изоляции от других народов,

благодаря отчуждению, возникшему между ними и окружающим миром. Они уцелели

в страшных гонениях, устояли перед угрозой массового уничтожения. И не

только во времена инквизиции... Но вот пришла эпоха революций и свобод. *

Во второй трети XIX века реформы начались и в Османской империи. В еврейских

общинах многие ощутили угрозу самим основам национальной жизни именно тогда,

когда были сняты средневековые ограничения: в передвижении, образовании,

занятиях, в одежде и внешнем облике. Рванувшаяся к знаниям и светскому

образу жизни еврейская молодежь теперь разительно отличалась от своих отцов.

Когда неевреи и часть евреев упрекали «ретроградов» в индифферентности к

реформам Танзимата, осуждали их за неспособность установить различие между

языком и религией, они и представить себе не могли, каковы будут вскоре

последствия этих реформ. У общин от них еще не было противоядия. Противоядия

от угрозы ассимиляции, исчезновения народа, тогда еще не имевшего своего

угла, своего государства. Когда «прогрессисты» писали, что «ретрограды» в

безумном ослеплении полагают, будто изучать иностранный язык равносильно

принятию новой веры, они видели лишь одну сторону медали. Еще немного, и

настали времена, когда евреи уже превосходно осваивали язык страны

пребывания, создавали литературу на прежде неведомых для них наречиях,

становились классиками – подобно Гейне, Пастернаку, Мандельштаму. Но какова

была цена! Целые поколения евреев, прежде всего европейских утратили родную

речь и религию, почти утратили национальность. Найти баланс между

самоидентификацией, собственной самобытной культурой и столь же необходимыми

для сохранения народа новыми знаниями и образом жизни оказалось сложнейшей

задачей! В сходное положение попали, кстати, и турки, вынужденные

европеизироваться под угрозой гибели государства.

Создавая собственную цивилизацию, европейские народы заимствовали чужие

изобретения и открытия. Но при этом они сохраняли исконные традиции и стиль

повседневной жизни. Турки же восприняли обычаи, чуждые их культуре. Что же

получилось в итоге? «Турок, который воспринимает европейскую цивилизацию и

при этом отказывается от своих национальных обычаев и морали, становится…

цивилизованным человеком, но это уже не турок. Чтобы быть цивилизованным

турком, он должен сохранить свое национальное лицо». Так говорилось в статье

об этике и многовековых обычаях турок, опубликованной в газете «Сабах»

(«Утро»). Проблемы подобного рода занимали наиболее развитую часть турецкого

общества, в котором, как и в России, существовали «западники» и

«почвенники». И евреям, и туркам было чрезвычайно сложно дозировать

заимствования цивилизации, сложившейся в иной религиозной системе.

Биограф упомянутого выше Альбера Коэна Исидор Лоэб в 1854 году описывал свои

впечатления от Стамбула: «Еврейские общины Константинополя утратили прежнюю

значимость. Обосновавшись в Османской империи после изгнания из Испании, они

и их потомки занимали высшие посты, являлись влиятельным элементом в

государстве. Мало-помалу греки и армяне вытеснили их с высоких

административных постов, они также утратили прежние позиции в коммерции».

Регресс общин Исидор Лоэб объяснял нехваткой интеллектуальных достижений,

замедлением развития общей культуры в тот период истории, отсутствием

популярных общепризнанных лидеров.

Всё это, однако, можно отнести скорее к следствиям упадка общинной жизни,

нежели к его причинам.

Хорошо знавший османские реалии XIX века Убичини по-своему интерпретировал

бедственное положение стамбульских евреев: «С 1859 года разногласия в общине

вызваны, как это ни покажется странным, реформами и внедрением светского

элемента, размывающими прежние ее институты, в то время как новые еще не

успели утвердиться. Отсюда смятение, разлад, нестабильность в общине».

Попытка османских властей объединить разобщенные этносы единой целью,

укрепить близкую к развалу империю и прежде всего объединить разноязычную

молодежь общей системой образования (оно велось бы, конечно, на турецком

языке) не была успешной. Каждая община имела собственную религию, отстаивала

интересы своего этноса. Не случайно большевики в России, придя к власти в

1917 году и желая добиться «унифицированного», послушного властям населения,

уничтожали не только классы, но и религиозные институты различных общин, до

чего турки в XIX веке еще не додумались.

В 1847 году султан Абдул-Меджид I посетил основанную несколько лет назад

военно-медицинскую школу. Поскольку в школе учились дети из армянских и

греческих семей, султан обратил внимание на отсутствие там еврейских детей и

спросил, каковы причины.

Высокому гостю ответили, что еврейские дети не могут обучаться в школе по

религиозным мотивам: требовалось специальное приготовление еды (кашрус),

соблюдение субботы, религиозных праздников. Султан распорядился устранить

препятствия к обучению евреев и внимательно отнестись к их религиозным

нуждам. Всё было сделано очень быстро. Под контролем раввината оборудовали

кошерную кухню, организовали религиозную службу, еврейским ученикам

предоставили право покидать школу в пятницу и возвращаться в воскресенье.

Той же привилегией они пользовались в дни своих праздников. И всё же в

середине XIX века мальчиков из еврейских семей, посещавших медицинскую школу

или другие учебные заведения, было совсем немного.

20 сафера 1258 года хиджры (5 апреля 1842 года) правительство обратилось в

главный раввинат с предложением убедить еврейских акушерок пройти курс

специального обучения в медицинской школе. Ни одна акушерка на призыв не

откликнулась.

Директор лицея «Галата Сарай», основанного в 1864 году, господин де Сальв

следующим образом объяснял отношение еврейских общин Стамбула к

реформаторской политике правительства: «Евреи страны большей частью

испанского происхождения. Из Испании их некогда изгнала инквизиция, и они

сохранили религиозную нетерпимость, от которой страдают сами. Они не могут

решиться поместить своих детей в мусульманское учреждение, управляемое к

тому же христианами* <http://www.lechaim.ru/ARHIV/164/fadeeva.htm#_ftn1>.

Менее фанатичные из них требуют для своих единоверцев особо приготовленную

пищу, что порождает тысячу сложностей и в принципе разрушает то единство,

которое власти хотят установить».

У евреев были основания не доверять иноверческим школам и учителям. Сами они

никогда не поощряли прозелитизм, но нередко становились жертвами попыток

обратить их в чужую веру.

Религиозная пропаганда иезуитов (орден был основан в 1534 году)

активизировалась в Стамбуле в XVI – начале XVII веков и была обращена к

грекам и евреям. Греки пытались бороться. Патриарх Константинополя подал

жалобу султану с просьбой положить конец деятельности агрессивных католиков.

Но верх одержал влиятельный французский посол, взявший их под свою защиту.

В 1609 году, в царствование султана Ахмеда I (1590–1617), нескольких

еврейских детей иезуитам всё же удалось обратить в католицизм. Жалобы

еврейской общины Стамбула тоже не дали результата. Иезуитов изгнали из

страны лишь тогда, когда их активность стала угрожать и властям. Но они

опять через некоторое время появились в Османской империи и начали открывать

там свои школы.

Свои школы открывали в Стамбуле и протестанты. В еврейские газеты попал

отчет директора одной из таких школ в Хаскёе, адресованный лондонскому

руководству:

«Когда я основал школу, – говорилось в отчете, – было время еврейской Пасхи.

Поэтому наше учреждение закрыли на три недели. Когда оно открылось, в школу

записались 50 детей. На следующий день пришли 72 ребенка, а позднее их стало

еще больше. Обучение я начал с уроков английского языка, поскольку очень

многие из них говорили только на ладино, а несколько учеников на идише.

Основой программы были Ветхий и Новый Завет, а также ряд других христианских

сочинений. Я старался, чтобы мои ученики запоминали христианские молитвы,

так как был убежден, что в добрый час эти свидетельства веры посеют в их

невинных сердцах добрые семена для будущего развития. Вот что им читали в

последние месяцы: пять глав из евангелия св. Матфея, шесть глав из св.

Марка, восемь – из св. Луки, восемь – из Посланий св. Иоанна. Дети столь

охотно включились в учебу, что девочки даже отказываются учить иврит.

Маленькие евреи уже знают 13 догматов христианской веры, и их привязанность

к Христу растет день ото дня. Кроме того, мальчики изучают арифметику и

географию, а девочки обучаются шитью и вышивке. Впрочем, родители очень

бедны и с удовольствием, даже с энтузиазмом посылают детей в нашу школу, где

всё бесплатно: учебники, одежда, обувь, питание. Именно поэтому наши усилия

вполне могут стать успешными».

Отчет в газетах, выходивших на ладино, весьма впечатлил читающую публику.

Главный раввинат Стамбула взял под свой контроль школьное образование

евреев. В немалой степени открытие новых еврейских школ Всеобщего еврейского

альянса в 70–80-х годах тоже было стимулировано этой публикацией. Альянс был

создан в 1860 году группой французских евреев для просветительских целей и

борьбы с дискриминацией единоверцев в разных странах мира.

Османские власти прежде всего принимали меры для распространения начального

образования среди всех слоев населения. В 1857 году Департамент народного

образования, входивший ранее в ведомство шейх-уль-ислама, был преобразован в

независимое министерство.

В 1867 году специальным декретом дети немусульман были допущены к обучению в

начальных школах рушдие, а также в школы более высоких ступеней, включая

университет. Стало известно, что университет посещают не только еврейские

юноши, но и девушки.

Члены общины внимательно следили за строгим соблюдением религиозных

предписаний в заведениях, где обучались еврейские дети. Сохранилось их

письмо директору султанской медицинской школы, о которой уже шла речь,

датированное 11 реджеба 1282 хиджры (30 ноября 1865 года). Вот его фрагмент:

«Поскольку контроль за едой и напитками еврейских учеников, посещающих

султанскую медицинскую школу, до сих пор осуществлялся единственным учителем

(калфой), то вследствие разделения учеников, вызванного разделением классов,

стало очевидно, что один человек (калфа) не может контролировать и

религиозную службу, и кашрус для учеников "Галаты" и "Гюльхане". А поэтому

было бы целесообразным назначить еще одного калфу. В этом качестве мы

делегируем к Вам Вашего слугу фармацевта Ясефа, рекомендуемого общиной

Хаскёя. Это способный человек, имеющий диплом. Если его примут

доброжелательно, он будет служить с молитвою, радостью и признательностью».

В годы, когда главным раввином был Якир Гиерон (1863–1873), а позже его

ближайшие преемники, раввинат постоянно ходатайствовал перед османскими

властями о вмешательстве, чтобы пресечь посягательства на религиозный закон,

с чьей бы стороны они ни исходили. Правда, иные ходатайства были воистину

абсурдными. Главный раввин потребовал однажды, чтобы стамбульские власти

запретили французскому археологу-христианину вести раскопки в Палестине –

под тем предлогом, что тот оскверняет почву Святой земли. В общине тех лет

вообще не переводились интриганство, фанатизм и агрессия – даже в отношении

единоверцев.

Доктор Шпицер, еврей из Моравии, был назначен профессором анатомии и

директором стамбульской медицинской школы, поскольку состоял личным медиком

султана Абдул Меджида и успешно лечил последнего. Директор попытался

внедрить в школе более прогрессивные методы обучения, но коллеги встретили

новшества в штыки. Вследствие интриг своих же единоверцев Шпицер был вскоре

отстранен от работы. Султан назначил его начальником канцелярии османского

посольства в Вене. Позднее он стал дипломатом Высокой Порты в Неаполе.

Неприглядных фактов подобного рода было немало.

В 1862 году не самые лучшие представители общины объединили усилия, чтобы

воспрепятствовать открытию школы в квартале Пири-паша, построенной при

содействии известного благотворителя графа Авраама де Камондо. В школе

предполагалось преподавание иврита, турецкого и французского. Идея обучать

детей французскому вызвала особое возмущение нескольких раввинов; они

восприняли ее как святотатство. Гнев их обрушился на Камондо. Графа

подвергли отлучению от общины (херем), и в 1870 году ему пришлось покинуть

Стамбул. Инициатором этой кампании стал раввин Исаак Акриш, которого за

чрезмерную активность власти в конце концов отправили за решетку. Однако он

обрел весьма влиятельного заступника, и султан его помиловал. После тюрьмы

неугомонный раввин продолжил бороться «за правду». Он решил сместить с поста

главного раввина Авигдора. Составленную им петицию подписали многие члены

общины, Акриш сумел вручить ее лично великому везиру, известному реформатору

Танзимата Фуаду-паше. Великий везир созвал на совет трех влиятельных

раввинов: Хаима Палачи из Измира, Якира Гиерона из Эдирне и Менахема Коэна

из Сереса. Фуад-паша надеялся, что они смогут положить конец распрям,

расколовшим общину и связанным с постом главного раввина. Прибывшие

высказались в пользу Авигдора, но мир, который они пытались восстановить,

оказался непрочным. Вскоре страсти вспыхнули с прежней силой; Авигдору

пришлось оставить раввинат. На его место избрали Якира Гиерона из Эдирне. Он

занимал этот пост в течение десяти лет до 1873 года.

Христианские общины греков, армян и славян сумели гораздо успешнее, чем

евреи, воспользоваться реформами Танзимата. Они четко определили собственные

интересы и цели, консолидировались и создали влиятельные национальные

организации.

Законы, издававшиеся в период Танзимата (1839–1871), распространялись на все

немусульманские миллеты. Фуад-паша предложил еврейским общинам разработать

проект реформ по типу того, что был принят Портой при участии представителей

христианских общин. Там предусматривалась секуляризация многих традиционных

религиозных норм. Получив ираде с подписью султана, главный раввин Якир

Гиерон созвал именитых людей, чтобы учредить комиссию для разработки

Органического статута главного раввината (Hahamhane nizamnamesi). В комиссию

вошли 12 человек; возглавляли ее четыре раввина. Подготовленный комиссией

документ был утвержден султанским ираде от 20 шавваля 1281 хиджры (1 апреля

1864 года), но вступил в действие лишь в 1867 году.

В предисловии к Органическому статуту упоминаются внутриобщинные распри, не

только вредящие самим евреям, но и досаждающие правительству. В этом

документе сформулированы принципы равенства всех подданных империи перед

обновленными законами. Община внешне подчинилась новым правилам, но

внутренние распри и раскол так и не были преодолены.

В 1866 году раввин Шломо Камхи опубликовал брошюру с резкими и

оскорбительными нападками на караимов. Заканчивалась она призывом к

уничтожению караимов, как к делу в высшей степени богоугодному. Реакция

караимской общины на этот труд была вполне предсказуема. Они тотчас

направили жалобу главному раввину с просьбой утихомирить ретивого автора

брошюры; что незамедлительно было исполнено. Шломо Камхи подвергся не только

порицанию, но и суровому наказанию. Найденные экземпляры его сочинения

сожгли.

Танзимат не смог умерить межобщинные разногласия и вражду. В 1867 году греки

подняли восстание против турок. Восстание было подавлено Эйюмером-пашой.

Раньше всех об этом оповестила читателей еврейская газета на ладино в

специальном приложении «Вести с Крита». Весь тираж был моментально продан.

Отношение еврейской улицы к происшедшему привело греков в бешенство.

Жертвами столкновений на сей раз оказались первые же подвернувшиеся под руку

мелкие торговцы-евреи, которых пришлось защищать турецкой полиции. Греческая

газета «Гармония» истолковала конфликт как сугубо религиозный. Не впервые

главам двух общин, патриарху Константинополя Грегуару и главному раввину,

пришлось обращаться к единоверцам с призывами к спокойствию.

Упадок еврейских общин, обнищание населения, заметные уже в XVIII веке,

бросались в глаза и в следующем столетии, – особенно иностранцам. В 1870

году бывший американский посол при Высокой Порте М. Кэрролл Спенсер в

балтиморской газете «Saturday Night» опубликовал статью о бедственном

положении евреев Стамбула. Статью перепечатали в стамбульской газете «Levant

Times» от 4 августа 1870 года. Не смог обойти эту тему и француз П. Боден,

опубликовавший в 1872 году брошюру «Евреи Константинополя». В предисловии

автор безуспешно пытается понять, почему европейские путешественники,

посещавшие Стамбул, отзывались о евреях с презрением и насмешкой, а не с

состраданием. Собственные впечатления от посещения еврейских кварталов он

описывает следующим образом: «Удручающие картины, которые мы увидели на

улицах пригородных районов Балата и Хаскёя, глубоко затронули наши сердца:

невыносимо было смотреть на еле живых людей. С первого дня мы задумались о

том, как вытащить этих несчастных парий из бездны нищеты? Как вернуть к

нормальной жизни трясущихся стариков, удрученных мужчин с угасшим взглядом,

изможденных, прикрытых лохмотьями женщин, тянувших за руку столь же

истощенных детей? Трудно себе вообразить что-либо более терзающее душу,

более поразительное, чем картина массовой нищеты несчастных еврейских семей,

оставшихся без всякой помощи…

Возможно ли, – продолжает П. Боден, – возродить к полноценной жизни народ,

который некогда был инициатором всего, что мы позаимствовали на Востоке, и

который даже в Средние века удивлял своими способностями и трудолюбием?

И всё-таки можно исправить нынешнее положение вещей, можно устранить

увиденное нами зло. Для этого необходимо подготовить к современной жизни

новые поколения народа, пробудить их сознание правильным и последовательным

воспитанием, школьным образованием обоих полов. Чтобы подготовить молодежь к

упорядоченной трудовой жизни, следует создать сеть профессиональных училищ,

в которых дети могли бы продолжить учебу после начальной школы. Конечно,

должны быть организованы мастерские и предприятия мануфактуры, в которых

молодые люди, обучившиеся ремеслу, могли бы найти применение своим силам и

умению и заработать деньги для нормальной жизни. Очень важно начать. Всё

зависит от первого, надлежащим образом воспитанного и обученного поколения.

Следующие за ним не только воспримут достигнутое первым, но и преумножат

его. А результат будет обнадеживающим: эти бродящие бесцельно по улицам

столицы призраки, отторгаемые всеми, исчезнут, уступив место живым людям

этого же народа».

От программы возрождения еврейских общин автор брошюры переходит к

ответственности христианских народов за положение евреев Турции: «Прискорбно

видеть в наши дни людей, которые не понимают нас, таких же христиан,

осмелившихся возвысить голос и требовать улучшения участи еврейской расы в

Турции. Другие говорят нам: "Но что мы можем сделать? Причем здесь мы?" Мы

убеждены: есть средство им помочь, возродить общину. И это – новая система

образования, то есть обучение и воспитание трудолюбием. Нас могут спросить:

"Можно ли ждать возрождения народа, у которого всё в прошлом, который

когда-то был инициатором всего, что мы получили с Востока, в том числе и в

индустрии? Возможно ли вернуть им это трудолюбие?" Думаю, не понадобится

слишком много усилий, чтобы добиться полного успеха».

Брошюра П. Бодена был издана за три года до открытия двух первых школ

Всеобщего еврейского альянса. Спустя более полувека работы альянса произошли

разительные перемены. Отдельные школы в еврейских кварталах были открыты уже

в конце 60-х годов XIX века на пожертвования отдельных благотворителей. В

1868 году такая школа была основана упомянутым выше распорядителем фонда

Ротшильда Альбером Коэном. В 1871 году в районе Пири-паша открылась школа,

основанная раввином Якобом Саулом. Однако массовое строительство школ и

специально разработанная для еврейских детей система образования –

несомненная заслуга Всеобщего еврейского альянса. С 1874 по 1882 год в

Стамбуле появилось 10 школ: пять для девочек и пять для мальчиков. Столь

энергичные меры постепенно начали давать результаты. Знающая иностранные

языки еврейская молодежь смогла теперь включиться в экономическую,

политическую и культурную жизнь страны, на равных конкурировать с

представителями других этносов. Правда, Альянс не раз упрекали за чрезмерную

опеку общин, за то, что он «своими благодеяниями испортил турецких евреев,

приучив их по всякому поводу протягивать руку за подаянием». Те, кто видел

оборотную сторону действий Альянса, отмечали отсутствие инициативы в среде

самих стамбульских евреев, привыкших теперь жить за чужой счет. Шла ли речь

о ремонте какого-нибудь строения или о написании некоего документа, заходил

ли разговор о борьбе с эпидемией, все обычно восклицали: «Alianza esta

alli!» («Альянс там») либо «Alli no esta la Alianza?» («Почему там нет

Альянса?»). Всеобщий еврейский Альянс продолжал свою деятельность вплоть до

провозглашения Турецкой республики.

В соответствии с установленным Танзиматом равенством немусульманских

миллетов султанское правительство приглашало на торжественные церемонии и

приемы глав различных религиозных конфессий. В октябре 1867 года австрийский

император Франц-Иосиф I прибыл в Стамбул по приглашению султана Абдул Азиза.

На приеме присутствовал и главный раввин Якир Гиерон. Высокого гостя он

приветствовал по-древнееврейски; потом его речь императору перевели на

французский. Два года спустя глава столичных еврейских общин прибыл и на

аудиенцию, данную султаном императрице Евгении Монтихо, супруге Наполеона

III.

В 1873 году египетский хедив Исмаил-паша вел переговоры со стамбульскими

властями. На приеме в честь хедива во дворце Эмирхан присутствовал главный

раввин Моше Леви, нашедший случай поблагодарить Исмаил-пашу за льготы,

предоставленные евреям Египта. Евреи вновь включились в политическую жизнь

страны, давшей им убежище несколько столетий назад.

Первый парламент Турции открылся 23 декабря 1876 года. Среди его депутатов

было несколько евреев: от Стамбула – Авраам Аджиман, от Багдада – Менахем

Салах, от Боснии – Зивер, от Янины – Дэвидсон Леви. В сенат избрали

Дэвидсона Кармону. В парламенте депутаты-евреи, в отличие от христиан,

последовательно поддерживали политику османских властей, всё еще

рассматривая последние как единственную защиту в условиях враждебного

окружения. Память о лояльности османских султанов неизменно сохранялась в

еврейских общинах. В апреле 1892 года исполнилось 400 лет с начала бегства

сефардов из Испании и прибытия первых переселенцев в Османскую империю. По

этому поводу главный раввин Моше Леви был принят во дворце Йылдыз султаном

Абдул Хамидом II (1876–1909). Главный раввин преподнес султану турецкий

перевод еврейской молитвы, содержавшей признательность султанам за

предоставленное в тяжелейшие времена убежище. Текст молитвы был помещен в

изукрашенный золотом бювар. Молитву эту читали в синагогах. Еврейские газеты

посвятили приему у султана специальные выпуски, описав к тому же бегство из

Испании.

Правда, надо заметить, что доверие султана к еврейским общинам подчас

принимало нежелательные для них формы. Из всех немусульманских миллетов в

конце XIX – начале XX века только евреи оставались лояльны к султанскому

правительству. Поэтому, ссылаясь на акты Танзимата о равенстве всех

подданных, султан предложил Моше Леви обдумать участие евреев в османских

воинских формированиях. Главный раввин не мог отказаться. Вслед за согласием

Моше Леви последовало одобрение общинного совета. Султан был доволен и

милостив: «Двери дворца всегда открыты для вас и всех евреев», – сказал он

раввину. Проект мобилизации евреев на военную службу был передан в кабинет

министров. Там выразили удовлетворение открытой демонстрацией патриотических

настроений иноверческой общины, однако сочли момент неподходящим для

реализации проекта. Министры просчитали реакцию других немусульман империи и

решили, что воплощение идеи султана стоит отложить.

И в XIX, и в XX столетиях в Стамбул продолжали прибывать беженцы-евреи.

Султаны, как и встарь, предоставляли им убежище. В 1906 году в столице

Турции появились спасавшиеся от погромов беженцы из России. Община помогла

им обустроиться на новом месте. Султаны по-прежнему охотно принимали при

дворе медиков-евреев. Абдул Хамид II призвал профессора Беера помочь туркам

в борьбе с холерой, опустошавшей в начале XX века большие территории

османского государства. Султан остался доволен работой Беера и пожаловал

медику орден Османие.

Менялись времена, что-то менялось и в жизни стамбульского населения.

Неизменными оставались лишь разногласия внутри еврейской общины –

разногласия как по существенным, так и по самым ничтожным поводам.

Сохранился документ, касающийся отлучения от общины журналиста Давида

Фреско. Вот его текст:

*Стамбульские газеты «Telegrafo», а позднее и «El' Tiempo», редактируемые

Давидом Фреско, не могут не вызывать возмущения. Этот журналист уже

несколько лет является проблемой для общины вследствие его статей,

направленных против морали. Он не только позволяет себе насмешки над

религией, врагом которой себя показывает, но к тому же считает возможным

оскорблять покойных и ныне живущих раввинов и даже главного раввина не

щадит. Очевидно, единственная цель этого человека – предельно унизить своими

публикациями нашу святую религию. Мы не можем не реагировать на враждебные

выходки именно тогда, когда происходит формирование общинного совета

(meclisi cismani), который будет управлять делами общины. И в это время нам

приходится закрывать глаза и уши, чтобы не видеть и не слышать, как он

изощряется в дискредитации общинных институтов и тем самым разрушает общину.

Поскольку он сеет семена раздора среди единоверцев, пытается разложить

общинный совет, который мы формируем с большим трудом, а с момента основания

его газеты мы не знаем покоя, нам не остается ничего другого, кроме как

применить к вышеназванному Давиду самые жесткие меры. По причине всего

сказанного, мы, раввины, члены религиозного совета Стамбула, собрались под

председательством нашего высочайшего и почитаемого главного раввина,

увенчанного короной [добродетели]. Изучив все пункты этого дела и в

соответствии с религиозным законом, принимая во внимание слова и действия

вышеназванного Давида, которые причиняют нам вред, мы решили отлучить его от

религии и объявить недостойным редактировать газету. Объявляем также, что ни

одна еврейская газета, ни один журнал не должны предоставлять ему

возможность для публикации. Это решение принято, чтобы остановить

причиняемое им зло, чтобы сохранить религию и нацию, а потому оно должно

быть выполнено без каких-либо изменений.*

*15 кислев 5645 от сотворения *

*мира (1885 год).*

Далее следуют семь подписей членов религиозного совета.

Несмотря на временную приостановку выпуска газеты властями, Давид Фреско

продолжал критиковать главный раввинат за царивший в нем беспорядок. Три

года спустя его исключили из общины. Текст отлучения был опубликован на

ладино и переведен на турецкий язык для властей. Но времена были уже другие.

Фреско не пропал. Его имя выплыло позднее, в 1919 году, в связи с визитом

группы лиц к главному раввину Хаиму Нахуму. Среди них был и Давид Фреско,

по-прежнему остававшийся главным редактором газеты «El Tiempo».

Известно, что евреи приняли участие в младотурецкой революции 1908 года.

Некоторые вели себя весьма активно. К примеру, Нисим Руссо состоял на службе

у Хюссейна Хильми-паши, главного инспектора трех вилайетов Румелии. Примкнув

к младотуркам, он занялся распространением плакатов с призывами к революции,

которые клеил на стенах домов в Салониках. 22 июня 1908 года Нисим влез на

стул в каком-то кафе и открыто призывал публику к восстанию против султана

Абдул Хамида II. Он сотрудничал в младотурецких газетах Салоник, а позднее

Стамбула. После победы революции и захвата власти младотурками Руссо вместе

с другими сторонниками партии «Единение и прогресс» прибыл в Стамбул. Джавид

бей, министр финансов в новом правительстве, назначил Руссо главой отделения

в своем министерстве. Через некоторое время министр перевел его на другое

место, но с прежним жалованьем.

Эммануэль Карасу тоже примкнул к младотуркам. Он стал связным партии и

координировал деятельность ее членов в Салониках, Стамбуле, в прочих городах

страны. У него были и другие обязанности, и он, по-видимому, успешно с ними

справлялся. После революции Карасу стал депутатом младотурецкого парламента.

В годы первой мировой войны, пользуясь доверием властей, он прилично

обогатился на поставках в армию.

Сотрудником Нисима Руссо в годы правления младотурок стал Исраэль Ауэрбах,

подданный Германии. Руссо и Ауэрбах были связаны с немногочисленной группой

стамбульских сионистов. Оппоненты приверженцев сионизма обвиняли их в

своекорыстии, попытках использовать движение в собственных целях.

После принятия младотурецкой конституции 1908 года в Стамбуле заговорили о

сионизме, о доктрине Герцля. В ряде газет на разных языках публиковались

статьи о сионистском движении, заявления его лидеров, отклики. Читающая

еврейская публика в массе своей воспринимала их с полным безразличием, как

нечто вовсе к ней не относящееся. Она не сомневалась, что сионизм лишен

перспектив в Османской империи, частью которой была в те годы Палестина.

Большая часть еврейской общины была занята очередным этапом внутренней

борьбы. Противники главного раввина Моше Леви воспользовались событиями

младотурецкой революции 1908 года и сместили его. Новым главным раввином

стал Хаим Нахум. Он, в свою очередь, не устраивал другую часть недовольных,

и те попытались заменить Нахума его собственным тестем, директором еврейской

семинарии. Интрига не увенчалась успехом, но нападки на главного раввина не

прекращались. Идеи сионизма играли в этом противостоянии существенную роль.

Бывший активный участник движения младотурок Нисим Руссо, потерявший свою

должность и рассорившийся со вчерашними сподвижниками, тоже выступил против

Хаима Нахума, которому правительство явно оказывало доверие. Руссо решил

создать в Стамбуле ячейку сионистского движения и принялся искать спонсоров.

К новой своей деятельности он привлек Исраэля Ауэрбаха, не имевшего

османского подданства.

После Балканской войны 1912 года усилились атаки национальных организаций на

младотурецкое правительство. Организации эти требовали прямого вмешательства

великих держав в дела страны, требовали расчленения османского государства.

В этих условиях Руссо удалось получить разрешение на создание общества, цель

которого формулировалась довольно туманно: устройство и компактное поселение

евреев в османской Палестине. Вскоре общество было запрещено властями. Что

касается евреев, попавших в османский парламент, – Виталия Фараджи,

Эммануэля Карасу, Ниссима Маслияха, Иехезкеля Сассона и сенатора Бехора

Ашкенази, то они были очень далеки от сионизма. Они сотрудничали с

младотурецкой верхушкой, поддерживали ее политику.

Поражение турок в Балканской войне способствовало успеху государственного

переворота в январе 1913 года, когда к власти пришли противники младотурок –

иттиляфисты, члены партии «Свобода и согласие». Вчерашние сионисты Руссо и

Ауэрбах при содействии Карасу создали новую патриотическую организацию,

лояльную по отношению к новой власти и ни в малейшей мере не отвечавшую

интересам еврейских общин. Это был Национальный совет, который помог его

создателям удержаться на плаву и в 1919 году.

Реформы затронули кроме всего прочего многовековую корпорацию раввинов,

имевшую довольно сложную структуру и выполнявшую самые разные функции.

Различные звания были упразднены. В июле 1914 года был разработан регламент

для корпорации раввинов Стамбула, по которому она подразделялась всего на

четыре категории: 1) Шилах Цибур (ведущий молитву) и Мезмерим (певцы); 2)

Талмидей Хахомим (мудрецы); 3) раввины, входившие в общинный религиозный

совет (meclis-i umumi ruhani); 4) раввины (семь человек), входившие в

специальный духовный совет (meclis-i ruhani). Но внутренние перемены не

сплотили общину. Особенно острые споры возникали по поводу выборов главного

раввина. В 1911 году общинный совет, где было несколько сионистов, затеяли

кампанию против главного раввина Хаима Нахума. В газете «El Tiempo» этих

людей называли «псевдосионистами», – вероятно, имея в виду корыстные цели,

которые те преследовали. Но «псевдосионисты» сумели заручиться поддержкой

всех раввинов, входивших в общинный совет. «El Tiempo» вообще считала

деятельность совета неконструктивной. Она упрекала раввинов в том, что они

занимаются интригами внутри общины, прикрываясь сионистскими лозунгами. В

газете говорилось также, что раввины стремятся сформировать новый совет,

состоящий исключительно из их сторонников. Каковы бы ни были подлинные цели

отдельных группировок внутри общинного совета, не вызывает сомнений тот

прискорбный факт, что в общине царили раздоры и члены ее не умели

договориться, достичь согласия.

Реформированию подвергся и религиозный суд Бет-Дин. Главой суда иногда был

главный раввин. В прошлом Бет-Дин занимался и религиозными, и гражданскими,

и коммерческими проблемами, причем решал тяжбы не только между евреями. Туда

в некоторых случаях обращались и неевреи, имевшие деловые отношения с

евреями. В начале XX века юрисдикция этого суда распространялась уже только

на религиозные вопросы. Некогда же его власть была столь велика, что он

предавал проклятию и отлучению всех признанных виновными членов общины. В

1912 году были реформированы и процедура судебного заседания, и система

применения цитат и ссылок, на основании которых принимались решения. И

всё-таки община и общинные институты в прошлом столетии менялись очень

медленно. В какой-то мере это оправдывалось нестабильностью условий их

существования...

В июле 1914 года началась первая мировая война. Турция участвовала в ней на

стороне Германии и Австро-Венгрии. Все школы, финансировавшиеся странами

Антанты, были закрыты. Поскольку школы Всеобщего еврейского альянса были

начальными, то еврейские дети, желавшие продолжать образование, посещали

турецкие, французские или американские лицеи. В школах Альянса обучение

велось на французском языке, а потому многие дети дальнейшее образование

получали во французских колледжах и лицеях. Закрытие этих учебных заведений

лишило перспектив многих учащихся. В создавшейся ситуации инициативу взяло

на себя общество Бней-Брит, основавшее еврейский лицей, где за основу была

принята программа государственного лицея «Галата Сарай», тогда лучшего в

Стамбуле. Лицей открыли в 1915 году. Обучение в нем велось на французском,

помимо него дети изучали древнееврейский, английский, немецкий, турецкий.

Среди преподавателей были профессора лицея «Галата Сарай», приглашенные из

Франции турецким правительством. Позже общество Бней-Брит основало лицей для

девочек, в который, правда, из-за нехватки средств вскоре стали принимать и

мальчиков. Лицей Бней-Брит считался одним из лучших в городе. Там учились не

только евреи, но и турки, греки, армяне, балканские славяне, поскольку лицей

давал право сдавать экзамен на степень бакалавра.

В годы первой мировой войны число евреев Стамбула составляло примерно 80

тысяч. В годы Мудросского перемирия, заключенного в 1918 году и

стимулировавшего в значительной мере войну турок за независимость, в Стамбул

съезжались евреи из различных провинций, особенно тех, где шли бои. Много

беженцев прибыло с Кавказа: там русские сражались с турками.

Экономический кризис, охвативший после войны многие страны, лишил работы

массу людей. Евреи не были исключением. Турецкие порты закрыли не сразу, что

дало возможность эмигрировать в Европу и США большому числу желающих.

Население Стамбула значительно сократилось. По официальным данным, к 1927

году численность стамбульских евреев снизилась почти вдвое: до 47 035

человек.

Дальнейшая история еврейских общин Стамбула определялась уже новыми

политическими и правовыми нормами республиканской Турции, в которой были

разрушены и прежние традиции, и сами миллеты, и их отношения с центральной

властью. Война и послевоенная разруха быстро свели на нет те преимущества,

которые еврейская торговля получила в предвоенные и первые годы войны.

Оставшимся в республиканской Турции евреям пришлось приспосабливаться к

новой власти, новым правилам игры, новым условиям существования, которые

отнюдь не сулили спокойной жизни.

Доктор исторических наук

Горские евреи

Проблема происхождения и этнической истории горских евреев затруднена из-за отсутствия письменных источников о них, как и бытования у них своих письменных источников. Первое упоминание о горских евреях, известное нам по историческим литературным источникам, относится к середине XIX века. Это вовсе не означает, что горско-еврейского населения с самоназванием джухур (скорее всего тюркизированная передача арабского слова "гяур" - человек другой веры) не было до этого периода.

Многие народы которые являются извечными соседями горских евреев, называют их татуаджикли чуут (татуаджиковские иудеи) или ибирли татуаджик (ибировские татуаджики) - (так называют их тюрки: карачаевцы и балкарцы); джут, джухуд (кабардинцы, народы Дагестана и др.). По всей видимости - а на это указывают и легенды антропонимического плана - карачаевское и балкарское название горских евреев, отличающее их от других евреев (чуутлулар или чуутлула) связано с Крымом и, вероятно, связано оно со словом тат: так тюрки называли ираноязычные народы. Так же они называли и своих соплеменников, например, южнобережных татар Крыма.. Возможно что таты, на языке которых разговаривают горские евреи - языке иранской языковой группы - были остатками иранизированного еврейского населения, проживавшего на территории Хазарского каганата (VII-XI вв.), в сферу влияния которого входил Крым. Правда, по тем же легендам карачаевцев и балкарцев были татуаджики и не иудеи: их называют хабарлы (или хабаркъарачайлыла). Они делились на черных (къара-джикли) и белых (акъ-джикли). Из рода ак-джикли был и родоначальник карачаево-балкарских княжеских родов Карча, живший в крепости Къыркъ-джерли Маджаре или Къыркъ-Маджаре (возможно, это - Кырк-ер - ныне Чуфут-Кале ("Еврейская крепость") в Крыму. По крайней мере все эти легенды полнее чем у других народов описывают происхождение горских евреев, живущих ныне на территориях современных Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии.

Что же касается горских евреев, расселенных в Дагестане и Азербайджане, то по всей видимости, их предки изначально расселившись в пределах Атрапатены (Азербайджана) сохраняли свой язык и религию вплоть до вступления в эти пределы арабов (VII-VIIIвв.). Вынужденное переселение их в пределы Хазарского каганата, распространение иудаизма в среде полукочевников тюрков-хазар - а уже через них - среди алан или булгаро-алан, привело к окончательному формированию горско-еврейской общины даг-джухуд - тюркское определение иудеев живших в горных и предгорных районах Хазарии) и равнинно-еврейской (тюркоязычной иудейской джиклилер - джики) общин. Эти еврейские общины, будучи форпостами Хазарии на западных рубежах, стали фактическими властителями Западного Северо-Кавказья. Вероятно эти джики или татуа-джики, происходили от древнекыргызских племен переселившимися в предела Поволжья и Придонья в 1 в. н.э. и известных по историческим литературным источникам как цигу, джигу или кыркиез, кыргыз. Этим же именем долгое время называли карачаевцев и их этнические группы чег-эмли, кыргыез. Необходимо заметить, что название кыргыез, средневековые авторы (например, Гильом де Рубрук) часто путают с этнонимом черкес, который по всей видимости характеризовал оседлое хазарское население (чер - земля, кеса,коса или хеса + ар - хазайский человек = оседлый хазарин), в отличие от кыркеса или кыркиеса.

Именно в среде этих племенных групп, родственных по языку хазарам, расселились иудеи, этнические евреи, которые были вынуждены вторично перебраться в Азербайджан уже после восстания каварских племени Хазарии и нашествия печенежских орд на ее территорию. Их часть по всей видимости укрылась в городах и поселениях Дагестана, а другая хлынула в Албанию (раннесредневековое название Азербайджана).

Тесные контакты горских евреев или татов-иудеев Северного Кавказа с хазаро-аланским тюркским миром подтверждается вкраплением в их обрядово-культовую жизнь кавказско-тюркских персонажей: таких духов как Дедей, Офирогор, Момой. "Адили-Гудили" - колыбельные песни у горских евреев встречаются и у карачаевцев, как детские игры. Примеры можно продолжать.

Факт такого сходства горских евреев, живших (по меркам Кавказа) далеко от карачаевцев, не имевших долгое время этнокультурных контактов (до того момента как карачаевцы и балкарцы стали мусульманами в XVI - XVIIIвв.) может говорить о том, что эти связи были в более раннюю эпоху, не позже X-XIIIвв.. Ведь в этих схождениях речь идет не о заимствованиях, а об общем наследии наиболее консервативных обрядово-культовых систем древнего населения Кавказа и хазаро-булгарских народов.

Многими исследователями, занимающимися горско-еврейской историей их происхождение связывается с одним из колен Израилевых, поселившихся во времена персидской династии Ахеменидов среди древнекавказских и древнеиранских народов. Они сохраняли свой семитический язык и иудейскую веру вплоть до новоперсидского времени. Где-то в VIII-IX вв., предки современных горских евреев, были ассимилированы окончательно ираноязычными племенами, что и определило их нынешнюю иранскую языковую принадлежность.

Возможно также и то, что язык древних татов был тюркским, и лишь впоследствии, после переселения иудаизированных савартов (савиров, хазар) в Персию, был сменен на иранский. Такой вывод связан с тем что в татском языке есть элементы чуждые всем другим иранским языкам, но присутствующие в тюркских, в частности в карачаево-балкарском.

Вероятно, крымчаки и караимы, являются потомками как раз тех отюреченных и ассимилированных во многом антропологически булгаро-хазарами, древних евреев, жившими на территории Южного Кавказа со времен Ассирийской державы.

Все вышесказанное не могло не сказаться на антропонимии (именнике) горских евреев, часть из которых мы решили привести для подтверждения наших предварительных выводов.

Имена горских евреев по происхождению можно разделить по религиозному и языковому признакам. К первому можно отнести имена исконно еврейские (их можно понимать как коренные антропонимы); имена, заимствованные у мусульманских народов; имена хотя и тюркизированные, но в основном, библейские, и даже языческие - заимствованные от тех народов, как правило, тюркских и иранских, в среде которых расселялись горские евреи.

Если формирование имен вроде бы более или менее прозрачно, то образование фамилий горских евреев тема особого исследования. Горско-еврейские фамилии чаще всего образуются по имени деда, как у народов Дагестана (Илизар - Илизаровы, Нисим(Анисим) - Анисимовы). В то же время, большие по численности семьи объединившись в целые родовые кварталы (тайпе, реже тире: от карачаево-балкарского тийре - квартал), сохраняли имя общего предка, как например Богатыревы, Мырзахановы (в Карачае). В Азербайджане же фамилии горских евреев часто записывались в тюркизированной форме - Нисим-оглу, например. Необходимо также заметить, что проживая в Кабардино-Балкарии горские евреи сохранили, в отличие от их же соплеменников Карачая дагестанскую форму образования тухумов по имени деда: Исуп - Исуповы, Шамил - Шамиловы, Ихил - Ихиловы, Гуршум - Гуршумовы. Раханай - Раханаевы, Устархан - Устархановы, Муса _ Мусаевы, Симха - Симаховы, Куденет - Куденетовы, Гиляд - Гилядовы. На горско-еврейском же языке ни написания, ни существования фамилий не было.

Людей, вступавших в брак, при записи раввин называл, к примеру, Амал бен Бениамин, Роза бат Симха, которые в русской форме звучали Бениаминовы (Вениаминовы), Симховы (Симаховы, Симхаевы).

Лишь в Карачае и Дагестане горские евреи имели населенные пункты, такие как Джегонас (Усть-Джегутинский район Карачая, читай Джиганазы или Джаганас, тюркизированная форм передачи еврейского понятия кенаса (бейт - кнессет) - синагога и карачаевского слова дже - порода деревьев, буквально: "Деревянный храм"). Маджалис (Кайтагский район Дагестана, от арабского "меджлис" - собрание), Мамрач (Магармкентский район Дагестана, древнетюркско-булгарское, карачаевское "Мамурач" - медвежонок), Жанжал-Кала, Магарамкентский район Дагестана, балкарское - жан (тюркизированное слово персидского происхождения "джан" - душа, "жал" - грива).

Теперь о личных именах горских евреев. Большая часть имен известных нам по Библии, которых насчитывается 2800 входят в именник горских евреев, однако мы будем приводить также и имена арабского, тюркского и др. происхождения, наиболее употребимые в их быту. Еврейские как правило, выступают первыми (каноническими, обрядово-культовыми, после обрезания даваемыми) именами. Заимствованные же - это имена, понятные как окружающему населению, так и самим горским евреям, говорящим на татском языке.

МУЖСКИЕ ИМЕНА:

АБРАМ (русская передача древнееврейского библейского имени Абрахам - отец множества народов), может встречаться и в форме Ибрагим.

АВШАЛУМ (древнееврейское имя Абшалом - отец мира);

АГАБАЛ (возможно из древнееврейского хъагаб - саранча);

АЛИДЛЫ (тюркское буквальное "алидовец", происхождение не известно);

АНИСИМ (русская передача имени Нисим);

АМИРХАН (встречается и в форме Амир, еврейское "амир" - "взрослый", "высокий" или арабское слово - аммар - приказывающий, князь, эмир плюс тюркское слово хан - владетель = приказывающий владетель);

АШУР - может быть еврейское Ашер;

БАГАТЫР - (карачаево-тюркское слово багатыр, багатур - воин, силач);

БАХШИ - (тюркизированное персидское слово - ворожей, шаман, служитель культа);

БЕБЕХАН (тюркское слово - отцовский владетель (бебе+хан);

БЕНИАМИН (древнееврейское понятие -биниамин - "сын правой руки" - в смысле "сын первой жены");

ГЕРШИМ, ГЕРШУМ - (древнееврейское слово - "изгнанник");

ГИЛЯД (неизвестного происхождения);

ДАВЫД, ДАВИД (древнееврейское имя - "возлюбленный");

ДАДАШ (горско-еврейская детская форма имени Ярден);

ДЖАНБАХШИ (тюркизированное словосочетание персидского происхождения - джан - душа, бахши - шаман, то есть добрый (белый) шаман);

ДЖАММЕК (карачаевская форма передачи имени Джанибек - джан - душа, бек - владетель - добрый, душевный правитель, владетель);

ДУГУХАН (карачаевское имя Дугу - храбрый, смелый, ловкий, владетельный; общетюркское хан - правитель - храбрый правитель);

ИЗГИЯЙ ( возможно от Хизкияhу, Хизкия);

ИЗМАИЛ (русская передача древнееврейского имени Ишма'ел - услышитБ-г);

ИЛЬЯ (русская передача древнееврейского - Элияhу -Б-г мой Яхве);

ИРМИЙ, ИРМИЯ ( от древнееврейского - Иеремия - Иирмейиаhу - "Б-г возвысит");

ИРГАН (название местности, происходит от тюркских слов ир (мужчина) + ган/хан мужественный хан);

ИСАЙ (древнееврейское - спасение Яхве);

ИСАК (русская передача древнееврейского имени Ицхак);

ИСРАИЛ ( древнееврейское )

ИФРАИМ (от еврейского Эфраим);

ИХИИЛ - имя из Танаха;

КАЙМЫРЗА (искаженное, тюркское имя Кайт-Мырза - Возвращенный владетель);

КАРАБАТЫР (тюркское - черный богатырь);

КУДЕНЕТ (карачаево-балкарское: ловкий, угоняющий, в карачаевской среде иносказательно - "еврей");

КУСТОСЛУ (карачаевец);

ЛЕВИ

МИШИ (возможно от древнееврейского Михаел);

МУСА (арабская передача еврейского имени Моше);

МУШАИЛ

МЫРЗАХАН (тюркское - мырза - владетельный, хан - владетель);

НАХАМИЙ от еврейского Нехемияhу

НЕХАМИО

НИСИМ

ПИНХАС

РАХАНАЙ (от еврейского Рейхо - "арамат");

РЕЗАК (возможно персидское имя Рза, Рзак);

СИМАНДУ - от еврейского Симан-тов - "Добрый знак"

СИМАХ - Симха. Симхо;

ТАЛУБАЙ (тюркское - полноценный (толу, талу) богач (бай);

УСТАРХАН ( тюркское - великий хан, владетель)

ХАЗБИ (часто применяющееся тюркское имя - гусинный князь);

ХАНУКАН (древнееврейское ханука плюс тюркское хан);

ХАПИР - скорее всего, от еврейского "сапир";

ХУНБИЙ (искаженное, сравните плату за кровь у горских евреев хун багасы - стоимость крови, тюркское словосочетание кан-бий - кровавый князь);

ХУСАРБИ (тюркское - хусар+би - князь, этномическое, карачаевский князь, горско-еврейское хусар - карачаевец, живущий в Верховьях Кубани);

ЩЕРБАТ

ШЕРЕБЕТ (вероятно, тюркское шеремет, арабское шарамот);

ШЕРТМЕНХАН (карачаевское - божество ритуальных празднеств встречи весны);

ЮРИЙ (от греческого Георгий);

ЮСУФ (арабское от древнееврейского Иосеф).

Следует сказать, что от всех этих имен образуются фамилии (кроме позднее заимствованных русских и европейских). К примеру, от имени Ильягу, Илья (от Элияhу) - Ильягуев, Ильяев, гораздо реже - Ильин. От Симха (Симах, Симхо) - Симхаев. Симахов, Симхоев и т.д.

От женских имен фамилии, как правило, не образовывались (В отличие от ашкеназов, где фамилии Ривкин, Розин, Шейнин, Нехамкес очень распространены).

ЖЕНСКИЕ ИМЕНА:

АРУХАН (карачаевско-тюркское - красавица, от ару - красивая плюс хан, как усилитель);

БАЛГУЗ (тюркское - мягкая, как пчелинный воск, мягкосердечная, состоит из двух слов - баал - мед, гуз/гауз - соты);

БАТИЯ (от еврейского Батйа, Батья)

ГУЛЬБООР (персидское "подобна цветам");

ЗУЛИЙ (возможно заимстввовано из карачаевского зулий - стройная, существует такое же карачаевское имя);

ИСТЫР - от библейского Эсфирь, Эстер

КЕМЕРХАН (персидско-тюркское Кемер - женский пояс, хан - усилительная форма, отсюда стройная);

НУРИМГЕН от еврейского "нур" - свет

СУЛОРУ

ТУРУИШ

УСТАХАН (тюркская передача арабского уста - умелый (о профессии) плюс тюркское - хан - рукодельница);

ХАНОЙ (вероятно, персидское произношение древнееврейского Ханна - милость);

ШЕКЕР (тюркизированное имя, арабо-персидское - сахар);

Этим конечно, богатство антропонимикона горских евреев не ограничивается, но мы постарались дать хотя бы общие сведения.

http://www.jewish.ru/9004.asp

Так вот, я хотела бы поднять вопрос о том, что надо организовывать какие-то клубы или кружки для тех, кто хочет знать какую-то культуру или язык.

Сама я русская, но я очень уважаю евреев. Я и сама бы хотела изучать иврит, да вот беда- не знаю места собрания бишкекских евреев, не слыхивала даже о наличае синагоги. Да и я не знаю, можно ли в моем городе свободно изучить язык.

Я искала на сайтах словари по ивриту. И, надо сказать, что небезуспешно. Я нашла словарь с транскрипциями, можно изучать язык,но это только в принципе. А на самом деле-все нужно ведь запоминать на слух, знать, как звучит определенная фраза или слово.

Ма-а-а-аленькая просьба для тех, кто будет читать мое сообщение: если знаете, где в пределах Бишкека можно изучить иврит, поделитесь информацией.

Почему в Европе иудеям не удалось зацементировать свои позиции как это произошло в США? В Америке даже говорят о иудейско-христианской культуре (judo-christian culture). В Европе все обстоит наоборот. Даже на бытовом уровне чувствуется некоторое отчуждение. Я был удивлен реакции мадридцев на тему о испанско-еврейских браках.

Ниже приводится фотография супружеской пары берлинцев еврейской веры. В конце 1941 года нацисты обязали всех иудеев носить желтую звезду Давида в общественных местах. Кстате, такую же отвратительную политику проводил совсем недавно режим Талибана. Кабульцев-синхов заставляли носить одежду определенного цвета в публичных местах.

О существовании в Китае евреев узнали в Европе только в начале XVII века, и то случайно. В настоящее время в городе Кай-фын-фу (главный город провинции Хэ-нань) и его окрестностях имеется 300—400 человек евреев (их вера называется в Китае обыкновенно тяо-цзинь-цзяо — "выбирающее жилы исповедание", по способу убоя скота), имеющих свою синагогу (Ли-бай-сы, "место поклонения"; так же называются и мечети) и почти все книги Ветхого Завета на еврейском языке; последние они умеют только читать, но не понимают. Эти китайские евреи сохранили черты своей расы, хотя и одеваются по-китайски и носят косы. Обыкновенно они смешиваются с китайцами мусульманами и считаются как бы отдельной мусульманской сектой (их и называют "синими мусульманами", по цвету шапок раввинов). По преданию, их предки пришли в Китай в 1-м веке после Р. Х., при императоре Мин-ди (к этому же времени относится и первое появление буддизма в Китае), вскоре после разрушения Иерусалима Титом.

Литература. J. В. du Halde, "Description g éographique...de l'Empire de la Chine" (1735); Grosier, "Description géné rale de la Chine" (1785; 2-е издание, 1818—20); J. F. Davis, "The Chinese: A General Description of the Empire of China..." (1836); S. Wells Williams, "The Middle Kingdom" (несколько изданий); von Richthofen, "China"; H. Cordier, "Вibliоtheca Sinica" (t. I); Леонтьев, "Кратчайшее описание городам, доходам и прочему Китайского государства" (СПб., 1778); Иакинф, "Статистическое описание Китайской империи" (СПб., 1842); его же, "Китай" (СПб., 1840); M. Венюков, "Очерки современного Китая" (СПб., 1874); Иакинф, "Китай в гражданском и нравственном состоянии" (СПб., 1848); С. Георгиевский, "Принципы жизни Китая" (СПб., 1888); Д. В. Путята, "Китай" (СПб., 1895). Здесь указаны только общие описания всего Китая; список сочинений по различным вопросам можно найти у Cordier и у Межова, в "Библиографии Азии".

http://www.cultinfo.ru/fulltext/1/001/007/051/51509.htm

...Когда-то они жили в рубленых избах в Воронежской губернии. Теперь - в восьмиэтажках в Бейт-Шемеше. Молились в деревенской синагоге, не зная иврита, пололи огороды, ходили за скотиной... Но есть надежда, что дети их будут жить иначе.\- Первые ильинцы появились в Израиле в семьдесят пятом году, - сказал Ярон Левит, владелец компании по продаже и маркетингу строительных проек-тов. - Я тогда от Сохнута занимался приемом репатриантов, работал в аэропорту. И вдруг - незабываемое зрелище: в зале появилась большая группа славян деревенского вида, потешно называвших друг друга библейскими именами - Абрам, Сара, Хаим... Мужчины - в телогрейках и сапогах, женщины - в плюшевых жакетах. С тюками, сундуками, фибровыми чемоданами с железными уголками... Эти совершенно русские по виду бабы и мужики считали себя евреями. Они рассказывали мне, какие у них были трудности с женитьбой в селе: чтобы подыскать невесту или жениха, ездили в какое-то астраханское село к таким же, как они, евреям. Все это было удивительно и трогательно. Я повидал всякое - эфиопские семьи привозили рабынь, кавказские горцы умудрялись резать барашков в лифтах... Жители воронежского села Ильинка были не меньшей диковинкой. Они рассказывали о своей простой жизни в России - ходили в синагогу, пили водку, сеяли, жали, разводили скот, мечтали об Израиле. Что еще запомнилось - когда через полтора года первые ильинцы приезжали встречать прибывающих родственников, юноши уже были в черных шляпах и лапсердаках. Я слышал, что большинство ильинцев обосновалось в Бейт-Шемеше.

...Навстречу шла женщина. В пестреньком штапельном платье мешком, ситцевой косынке, завязанной по-деревенски. Лузгала семечки.

- Вы из Ильинки?

- Нет, - поспешно сказала она, - из Москвы.

А глаза выдали - блеснули. Как же, из Москвы!

- А ильинские здесь есть?

- Не знаю таких. А на чту они вам? Ее выдавал говор - такие интонации можно услышать только где-нибудь в средней полосе России, в деревнях.

Мы поднялись по ступенькам восьмиэ-тажного дома в квартиру, которую нам указали в Бейт-шемешском культурном центре. Уж там-то точно живут ильинские - по фамилии Матвеевы. Дверь открыл рыжий веснушчатый дядька в кипе. Как открыл, так и закрыл - прямо перед носом, - увидев внушительный фотоаппарат на шее моего спутника. Здорово, видать, достали ильинцев корреспонденты!

К ильинцам мы все же попали. Тоже Матвеевым. И немудрено: на всю Ильинку - три фамилии: Матвеевы, Кожокины да Пискаревы.

Глава семейства, Александр Михайлович, прежде чем вступить в разговор, осторожно заметил:

- Вам-то деньги зарабатывать, уедете в свою Москву, а мне-то жить здесь.

Уверив, что мы не московские корреспонденты, и предъявив теудат-зеут, мы наконец-то удостоились беседы, которую я постараюсь воссоздать с колоритными интонациями моего собеседника - жителя воронежского села.

- Матвеевы мы. Жили в колхозе. До сорок восьмого года колхоз назывался "Еврейский крестьянин", потом - "Маленков", ишо как-то. Работал со скотом на ферме, здеся - пенсионер.

- Большая у вас семья?

- Это как считать. Скольки вообще или скольки иждивенцев на моей шее? Вот посчитайте: я, жана, восьмеро детей. Шесть свадьбов детям уже сыграли. А внуков - у одной дочери двое да у другой... Мойша, ну-ко посчитай (совместными с внуком усилиями насчитали тринадцать).

- А сколько народу в этой квартире живет?

- Десять.

- Как же вы все помещаетесь здесь?

- А чего нам? Все свои, не чужие. Мы и в Ильинке вдястером в двух комнатах жили в своем дому.

- А дом родительский?

- Не, все своим трудом наживал. Нас Бог на то создал - трудиться.

- Вы соблюдаете Субботу и праздники?

- А как же! Только мы, ильинские, и соблюдаем, - вскинулся Александр Михайлович. - Ехали в Израиль, думали, здесь все соблюдают. Куды! Городские и свет жгут в Субботу, и работу всякую делают. Ничо никто не соблюдает.

- Вам тут нравится, в Израиле?

- А чо? Все хорошо, все беседер тута. Никаких забот. Было хозяйство, все распродал - дом, корову, козленков, в дому все.

- Не жалко хозяйства?

- А чаво жалеть? Оно мне в России во как надоело! Всю здоровью положили. А

продал все задаром - сюда пятака не привез.

- Почему задаром? Что, дом плохой был?

- Какой-такой плохой? - взвился мой собеседник. - Дома-то рубленые были, как вы думаете! Продал за девять тысяч, поехали на доллары менять, а там за сто рублей доллар дают. А сто долларов везть сюды - к чаму? Привез родительские фотографии, чаво еще везть?

- Много было в вашей деревне евреев?

- Почти что все. И синагога была. Молились там. Раввина не было, старики наши читали Тору. В Субботу у нас никто не стряпался, огород не пололи, ничо не делали. Цукот тоже отмечали. И Рош а-Шана.

- А что же, коровы в Субботу недоенные стояли?

- А мы русских просили, они приходили доить. Раз председатель новый объявился, че такое, говорит, почаму это в Субботу наши коров не доят, и погнал всех на работу. Ну, наши пошли, а опосля, когда начальство приехало, пожаловались яму, так оно председателю велело больше не заставлять наших доить по Субботам.

- Обрезание мальчикам вы тоже делали?

- А как жа? Ни один без этого сюды не приехал. Возили в Азербайджан сынов, тама делали.

- А русские были в Ильинке?

- Немного. А щас из Ташкента понаехали, наши дома поскупали.

- Какие отношения у вас были с русскими семьями в Ильинке?

- А че? Ладом жили. Тольки кладбища были разные. Мы как в Израиль ехали - они вон как голосили...

...Из кухни вышла жена Александра Михайловича - Сарра:

- Собираюсь вот весной на родительскую могилку съездить. Ташкентские хотели своих на нашем, еврейском, кладбище хоронить, так не дали ильинские.

- Много еврейских семей осталось в Ильинке?

- Да семей тридцать будет. Больше ста уже здеся, - сказал Александр Михайлович.

- Трудно вам здесь без иврита?

- А мы уже их по-своему выучили. На базаре увидят нас, кричат по-русски: "Картошка! Картошка! Два рубля!"

- А как же вы Тору читали, не зная иврита? Как молились?

- А я не молюсь, я так в синагогу хожу. Старики наши, те читали Тору. И Кадиш читали по упокойникам.

- Как у вас здесь с местными отношения складываются?

- Надо было вам три дня назад приезжать сюда, посмотрели бы, - отозвалась из кухни дочь Матвеевых Анна.

- Ты чаво, Анькя?- строго спросил Матвеев-старший.

- А таво, миштара-то приезжала!

- Ну, дети чего-то не поделили, - начала рассказывать Сарра, - а мараканец вышел и кинулся нашего душить...

- Ребенка?

- Да не, взрослого. Вызвали миштару, те мараканцу - ничего, а нашего - забирать. Говорят на иврите, мы не понимаем - куда, зачем? Ильинские не дали сажать в машину. Потом второй раз приехали - с переводчиком, все ж таки забрали на сорок восемь часов. Потом отпустили.

- Нравится вам здесь? Не жалеете, что приехали?

- Об чем жалеть? - отозвалась Сарра. Открыла холодильник, вытащила два огромных пакета замороженного мяса: -Вот мясцо, открыл холодильник - и на тебе, а тама пока вырастишь... Без рук, без ног осталися.

- У них тама третья мировая война началася, - вставил Александр Михайлович, - сегодня по приемнику передали.

- Где? - не поняли мы.

- Где-где! В Армении там или в Азербайджане... Вы че, не слыхали?

- А... про это? Слыхали. ...Посидели, помолчали.

- Много в Израиле вашей родни?

- Хватат. Три брата, две сястры. Дочь приходит с внуками, посидим, в карты поиграем... - Александр Михайлович засмеялся дробно, горохом.

- А в Ильинке что делали в свободное время?

- А у нас его там не было. За одной скотиной ходили с утра до ночи. Известное дело - в колхозе, - сказала Сарра.

- А чего вам здесь для полного счастья не хватает?

- Че не хватает - все равно не дадите, -Александр Михайлович опять закатился дробненько. - Квартиры сваей не хватает, у дочери живем покуда. Оне с зятем работают, даже по-плохому (у нас, ильинских, профессоров нет, все на простой работе) выходит три тыщи на семью. Вот купили квартиру. Можно жить.

- Собака, кошка у вас есть?

- Ну, ишо собаку я в дом приглашу! Она у меня во дворе жила. А здеся - куды?

- А почему вы раньше в Израиль не приехали?

- Мы б уехали, так не пускали!

-Кто?

- Власти.

...Матвеевы и не подозревают, что один из тех, кто открыл им и другим ильинским семьям дорогу в Израиль, живет в двух десятках километров от них. Как не знают они и о том, что один из пятидесяти одного тома уголовного дела, сфабрикованного КГБ против Анатолия Щаранского, посвящался Ильинке.

...С Анатолием Щаранским мы встретились в редакции "Джерузалем рипорт" в пятничное утро.

- С ильинцами я столкнулся впервые накануне своего ареста - в семьдесят четвертом году. Их представитель пришел к московской синагоге в поисках активистов сионистского комитета. Это был старик Варнавский, по виду совершенно русский, но упорно называвший себя евреем. Когда он запел псалмы на хорошем иврите, мы были немного обескуражены. Еврейское село в российской глубинке? Оказалось -серьезная проблема. Позднее я нашел в книгах сведения об ильинцах - их история уходила корнями в семнадцатый век.

- Какое они произвели на вас впечатление?

- Мне показалось, что они ближе к иудаизму, чем многие евреи. Сохранить традиции в течение нескольких веков, когда самим-то евреям это не удавалось... У них было мессианское отношение к Израилю, чувство духовной родины, чего нет у иных из нас.

- Как развивались события после вашей первой встречи?

- Узнав от ильинцев, что власти препятствуют их выезду в Израиль, мы постарались сделать все для того, чтобы Запад узнал о них. Устроили пресс-конференцию для иностранных журналистов, на которой рассказали о проблемах ильинских евреев. Власти скрывали от ильинцев вызовы из Израиля, а мы помогали вызовам доходить до адресатов. Мой друг Роберт Тот опубликовал в "Лос-Анджелес тайме" первую статью об Ильинке, которая называлась "Евреи выжили в глухом селе". После того, как удалось приподнять завесу неизвестности, людям этого маленького героического села легче стало противостоять властям. Если до нашего вмешательства только одиночкам из Ильинки удалось через другие республики, тайно, выехать в Израиль, то после - выезд был открыт всем. Участники Хельсинкской группы, Андрей Сахаров и другие, боролись за их право на выезд.

- Вы бывали в самой Ильинке?

- Нам не удалось туда прорваться. Летом семьдесят шестого года мы с Володей Слепаком собрались в Ильинку, захватили подарки, сувениры из Израиля, продукты. Саня Липавский (как позднее выяснилось - агент КГБ) предложил помощь - у него была машина. В нескольких километрах от Ильинки нас остановили милиционеры. С ними - председатель сельсовета и председатель колхоза. И состоялся такой диалог: "Ваши документы! Вы задержаны. К кому едете? Кого из колхозников знаете?" -"На каком основании нас задержали?" -"В соседнем районе произошло убийство. Ваша машина по описанию похожа на разыскиваемую. Мы должны проверить. А кроме того, в селе карантин - эпидемия среди скота".

Нас повезли в райцентр. Там переночевали. А наутро, когда машину Липавского начали обыскивать, мы, воспользовавшись моментом, поймали попутку до Ильинки - за три рубля. Сначала ехали стоя, держась за борт грузовика, а перед самым селом из предосторожности легли на доски, выстилающие кузов. Не помогло! Нас снова остановили. Милиционеры угрожающе спросили водителя: "На американцев работаешь?" И он, напуганный, успел кинуть нам в кабину милицейского газика трешку:"Заберите свои проклятые деньги!" И вот мы во второй раз оказались в райцентре. На сей раз нам назвали еще одну причину, по которой нельзя проехать в Ильинку: "Там проходят военные маневры! " В сопровождении милиционеров мы вынуждены были покинуть Воронежскую область. Позднее, на следствии, мне показали фильм о том, как мы пробирались в Ильин-ку. Там было все - показания милиционеров, шофера. А завершалась лента кадрами колхозного изобилия - мол, жители села счастливы, а разговоры о их желании выехать в Израиль - провокация сионистов.

- На процессе против вас был хоть один свидетель из Ильинки?

- На все село нашелся один-единственный. Он был заявлен на предварительном следствии, но в зал суда не явился.

- Чем вы это объясняете? Ильинские не пустили "всем миром"?

- Трудно сказать. Во всяком случае, даже специально посланные в Ильинку сотрудники КГБ, обрабатывавшие единственного свидетеля, не смогли привезти его в Москву на суд.

- Как вы считаете, Ильинка представляла какую-либо опасность для КГБ и властей?

- Думаю, что она их раздражала. Как это так: русский мужик - самый естественный классовый партнер в борьбе с сионизмом - вдруг сам оказывается в сионистах! Да еще налаживает связь с заграницей! Власти старались сделать все возможное, чтобы изолировать их от большого мира, советские историки надрывались, оспаривая факт принадлежности ильинцев к еврейству...

Однако есть бесспорные документы, подлинность которых не подвергается сомнению. В 1825 году Синод представил на рассмотрение Александра Первого доклад о борьбе с распространением иудаизма среди христиан Воронежской губернии. В другом указе запрещалось "иметь субботние сонмища и делать обрезания младенцам, за чем неослабно смотреть земской полиции, сельскому начальству и приходским священно- и церковнослужителям". Как видим, ильинцам довелось немало претерпеть за свою приверженность к иудейской вере. Не только при царе, но и при советской власти.

А вот как воспринимает ильинцев их сегодняшнее окружение:

Инна: Я до приезда в Израиль и не подозревала о их существовании.

Стелла: Публика замкнутая, держатся своим кланом, все вместе. Они и квартиры покупают в одном доме целыми этажами. Работают отчаянно. Пьют - тоже отчаянно. Образованных среди них очень мало. Молодежь стараются отдать в йешивы. Они у себя в России были изгоями, но и у местных, похоже, не вызывают особых симпатий. Из окна своей квартиры часто вижу, как илъинцы с марокканцами стенка на стенку машутся.

Яаков: Ильинские? Да их за версту видать! Сидят у подъездов, лузгают семечки, матерятся семиэтажно. Сбивают цену на рынке, потому что соглашаются на любые условия, на самую черную работу за самые малые деньги.

- ...Из публикации, подготовленной кор-респонденткой радиостанции "Коль Исра-эль" Мария Надра: "Только специализированная работа с этой группой репатриантов может облегчить их абсорбцию и остановить опасное соскальзывание на дно общества".

Шели Шрайман, опубликовано в приложении "Окна", "Вести"

http://www.livejournal.com/users/shraiman/7490.html

Происхождение, быт и т.д.

я честно говоря не мастак в истории и в переднеазиатской уж тем более. не мог бы бы просветить меня по поводу происхождения и передвижений групп оттуда в различные периоды писанной истории (вкратце, насколько позволяет тебе имеющаяся инфа)?

просто приходится встречать в литературе обрывки информации о тамошних группах (особенно тяжело когда их еще и лингвистически описывают), но стройной системы нет.