Перейти к содержанию
  • Сообщения

    • местные жители всегда знают генеральное направление рек 

    • и все же ИИ не самостоятелен и держится за академические догмы:

      Обзор от ИИ

      Утверждение о том, что абсолютно «все исторические источники говорят, что реки текли на запад», не совсем верно. Эта идея продвигается сторонниками альтернативной истории (в частности, в русле «Новой хронологии») и основывается на неправильной или вырванной из контекста интерпретации одного-единственного источника. [1, 2]

      Речь идет о путевых заметках францисканского монаха Гильома де Рубрука (XIII век). Разберем, как возник этот миф и как обстоят дела с географией на самом деле. [1]

      1. Что именно написано в источнике?

      В своих записях Рубрук описывает не саму столицу Каракорум, а путь к ней, когда он двигался вместе со ставкой Мунке-хана. Он пишет: [1, 2]

      «...Мангу-хан начал двигаться на север, к своей ставке Каракоруму. Местность во время движения все время поднималась, и все речки текли с востока на запад». [1]

      Альтернативные исследователи трактуют это буквально: раз реки текли на запад, значит, Каракорум не мог находиться в Монголии, где реки текут на восток (в Тихий океан) или на север (в Северный Ледовитый океан). Они предлагают перенести столицу на Урал, в Поволжье или Сибирь. [1, 2, 3, 4]

      2. Реальная география Монголии

      На самом деле, в центральной Монголии, где археологами найден и раскопан Каракорум (долина реки Орхон), реки действительно могут течь на запад и северо-запад на определенных участках: [1, 2]

      Хангайский хребет: Река Орхон и её многочисленные притоки берут начало на склонах Хангайских гор. Горный рельеф устроен так, что, стекая с восточных склонов локальных вершин, реки сначала устремляются на запад и северо-запад, огибая массивы, и лишь затем поворачивают на север к Селенге. [1, 2, 3]

      Путь Рубрука: Рубрук ехал к ставке хана с юга. Когда путешественник поднимается в горы с южной или юго-восточной стороны, горные речушки и ручьи, встречающиеся на его пути, текут на запад и юго-запад ему наперерез.

      3. Археологические доказательства

      Помимо текстовых описаний, существуют неопровержимые материальные свидетельства. Каракорум в Монголии (современный Хархорин) — это не просто точка на карте, а огромный археологический комплекс: [1]

      Там раскопаны остатки дворца Угэдэя.

      Найдены ремесленные кварталы, плавильные печи и остатки христианских, мусульманских и буддийских храмов, о которых подробно писали и Рубрук, и Плано Карпини.

      Там же обнаружены знаменитые Орхонские стелы с древнетюркскими надписями и монеты эпохи Монгольской империи. [1, 2, 3, 4, 5]

      Таким образом, противоречия нет: Рубрук описал то локальное направление рек, которое видел во время горного перехода, а общая географическая привязка Каракорума к долине Орхона подтверждена веками научных исследований. [1, 2]

    • вторым главным фактом кроме гор является направление рек, все остальное это мелочи. Геология это не халям балямная наука как история с их тукатимуридами и ордаеженидами. Раньше писал об этом , но решил спросить и ИИ: 

        

      могли ли поменятся направление рек монголии на противоположное за тысячу лет

      Нет, в глобальном масштабе направления течения основных рек Монголии не могли измениться на противоположные всего за тысячу лет.

      С точки зрения геологии и гидрологии, 1000 лет — это крайне короткий промежуток времени. Направление рек определяется тектоническим рельефом (уклоном земной поверхности), формирующимся миллионами лет. Чтобы река потекла ровно в обратную сторону, требуются колоссальные тектонические сдвиги — мгновенное поднятие огромных горных хребтов в одних местах и опускание в других, чего в Монголии за последний исторический период не происходило.

      Однако за этот период могли произойти локальные гидрографические изменения, которые визуально или частично меняли водную систему:

      Что действительно могло измениться за 1000 лет:

      Пересыхание и исчезновение русел: Из-за климатических циклов и опустынивания (особенно в регионе пустыни Гоби и Котловины Больших Озер) некоторые реки могли полностью исчезнуть, уменьшиться или распасться на отдельные изолированные озера.

      Смена речного русла (меандрирование): На равнинных участках реки меняют свои изгибы. Река может прорвать перешеек петли и временно потечь в другом направлении на локальном участке, но общее направление стока (куда она несёт воду) остаётся прежним.

      Перехват рек: В редких случаях из-за эрозии одна река может "пробить" водораздел и перенаправить воду из верховьев другой реки в свой бассейн. Но это меняет путь конкретного притока, а не разворачивает всю реку вспять.

      Исторический контекст (эпоха Чингисхана)

      Существует популярный миф, связанный с эпохой Монгольской империи (около 800 лет назад), будто ландшафт и реки тогда были совершенно другими. На самом деле климат тогда был несколько более влажным (что обеспечивало обилие травы для лошадей), а реки — более полноводными, но географическая карта речных бассейнов Селенги, Орхона, Керулена и Онона была практически такой же, как сегодня.

      Если этот вопрос связан с конкретной исторической легендой, археологическим открытием или древней картой, расскажите подробнее. Я смогу объяснить, что именно произошло с этим географическим объектом с научной точки зрения.

    • Информация чисто по хорезмским узбекам по данным ИИ. Здесь есть информация также по Сырдарьинским казахам:

      Мужской ритуальный плач (йиги) у хорезмских узбеков представляет собой уникальный этнографический феномен, ярко выделяющийся на фоне традиций других регионов Узбекистана. В то время как во многих исламских сообществах открытый и громкий мужской плач порицается или сводится к молчаливому соболезнованию (тазия), в традиционной культуре Хорезма и Приаралья (включая каракалпаков и присырдарьинских казахов) коллективный громогласный мужской плач является обязательным элементом похоронно-поминального обряда. [1, 2, 3]
      Главные особенности обряда
      • Ритуальный возглас (хāй-хāй): Обряд начинается в момент приближения группы мужчин к дому покойного. Мужчины (родственники, соседи, жители кишлака) выстраиваются в ряд или идут плотной группой, согнув локти, и на подходе к дому начинают громко, ритмично и протяжно выкрикивать ритуальный плач-возглас: «Ҳай-ҳай, дод-эй!» или «Вой-вой!».
      • Экспрессия и катарсис: Этот плач не является проявлением «слабости». Напротив, это строго регламентированное ритуальное поведение. Мужчины плачут навзрыд, не скрывая слез, что демонстрирует глубокое уважение к ушедшему и разделение горя с его семьей.
      • Пространственное разделение: Традиционный хорезмский двор в день похорон четко зонирован. Женский ритуальный плач (йиги, лапар) с причитаниями о жизни покойного происходит внутри дома или на женской половине двора. Мужской же плач звучит снаружи, у ворот и на мужской половине, создавая мощный многоголосый звуковой фон.
      • Взаимный плач (соплач): Когда прибывает новая группа мужчин, хозяева дома и близкие родственники покойного выходят им навстречу. Две группы мужчин сходятся, обнимают друг друга за плечи и совместно рыдают в течение нескольких минут, после чего плач мгновенно затихает, и мулла или старший в роду начинает читать заупокойную молитву (дуа).
      Корни и значение феномена
      Культура Хорезмского оазиса глубоко самобытна. Мужской ритуальный плач здесь связывают с древнейшим доисламским пластом культуры Центральной Азии: [1]
      • Эпическая традиция и культ Сиявуша: Истоки обрядового коллективного плача уходят в зороастрийские и дозороастрийские времена оседлых хорезмийцев. Знаменитый археолог С. П. Толстов и этнографы связывали этот обычай с «Плачем по Сиявушу» (мифическому герою, культ которого был силен в древнем Хорезме) — ритуальными ежегодными оплакиваниями умершего божества, в которых мужчины принимали самое активное участие. [1, 2]
      • Тюркский (огузо-кипчакский) субстрат: В этногенезе хорезмских узбеков огромную роль сыграли кочевые и полукочевые тюркские племена. У кочевников степи (огузов, кипчаков) существовал развитый институт мужского оплакивания воинов и вождей (йоглау / йиглау). В Хорезме эти традиции сплавились с оседлой культурой, закрепив за мужчинами обязанность «громогласно объявлять о горе». [1]
      Несмотря на многовековое влияние ортодоксального ислама, предписывающего сдержанность, хорезмские узбеки бережно сохранили этот обычай как важнейший маркер своей региональной идентичности и долга перед памятью предков.
  • Несколько лет назад группа археологов Немецого археологического института наткнулась в западном Китае на два куска шерстяных брюк возрастом около 3300 лет — самых древних из когда-либо найденных. В рамках исследования ученые изучили дизайн и процесс производства этих двух изделий. 

    Археологи наткнулись на останки двух древних брюк в могилах под номерами M21 и M157 на древнем кладбище в Синьцзян-Уйгурском регионе на западе Китая. Очень сухой климат региона сохранил не только тела, но  и несколько предметов одежды, которые когда-то принадлежали двум воинам в возрасте примерно 40 лет. 

    Радиоуглеродный анализ позволяет предположить, что эти два изделия были изготовлены между XIII и X веками до нашей эры. В этом смысле они представляют собой самые древние из известных брюк. Более чем через восемь лет после этого открытия те же исследователи продолжили анализ одной из этих штанин, чтобы больше узнать о ее конструкции. Их работа была опубликована в журнале Quaternary International. Первоначально команда была озадачена тем, как были разработаны брюки, поскольку в ткани не было никаких разрезов. В конце концов, они указали на сочетание трех техник плетения. Если говорить более конкретно, то брюки состояли из трех независимо сотканных кусков ткани. 

    Два из них были почти прямоугольными и располагались с каждой стороны, покрывая всю длину от талии до лодыжки. Третий, в форме креста, расположен в промежности для преодоления разрыва между двумя боковыми частями. Таким образом, процесс изготовления не включал в себя раскрой ткани. Вместо этого куски формировались на ткацком станке до нужного размера под конкретного человека. Кроме того, нитки трех тканей и нитки, используемые для окончательного шитья, совпадают по цвету и качеству. По мнению исследователей, это говорит о том, что ткач и портной были одним и тем же человеком или что эти двое сотрудничали очень слаженно. 

    Одежда, предназначенная для верховой езды Дизайн этих брюк, с прямыми  ногами и широкой промежностью, кажется, предшественником современных брюк для верховой езды. Конское снаряжение и оружие, найденные в обоих захоронениях, также подтверждают эту идею. Носитель, вероятно, был военным. Исследование также показало, что большая часть одежды была изготовлена из саржи. Это многоцелевое переплетение ткани, которое используется в большинстве современных джинсов для придания им большей эластичности. 

    Наконец, на коленной части использовалась техника гобеленового плетения, чтобы изготовить более защитную ткань для суставов. Пояс на талии также был более толстым. Декоративные геометрические узоры также вплетались в колени, лодыжки и икры.

    Источник: New-Science.ru


    Обратная связь

    Рекомендуемые комментарии

    Комментариев нет


×
×
  • Создать...