Погребальные традиции казахов

[АксКерБорж]

30 минут назад, Лимфоцит сказал:

Правильно делают 

 

Если про растраты, то да, у казахов очень большие растраты, как при свадьбах, так и при поминках.

Но наши власти бездействуют во всех таких вопросах, поэтому все идет самотеком, а вакуум заполняют такие как вы нью-миссионеры. ))

 

31 минуту назад, Лимфоцит сказал:

Как понимаю у вас это как инвестиция, даёте 5-10тыс тенге, и эти деньги надо отработать, посещаете не пропускаете конакасы, 7,40 дней, год

 

С вами все в порядке, Алдеке? А то про какие-то инвестиции стали заговариваться. Или это выходки салафита?

 

[Лимфоцит]

3 часа назад, АксКерБорж сказал:

 

Если про растраты, то да, у казахов очень большие растраты, как при свадьбах, так и при поминках.

Но наши власти бездействуют во всех таких вопросах, поэтому все идет самотеком, а вакуум заполняют такие как вы нью-миссионеры. ))

 

Сам же писал, ходили к одним на похороны, типа нас не накормили, себя надо начинать, менять взгляды, психологию, о каких то ньюмисстонерах заговорил, здесь людское, простое понимание, у одних горе, они по вашему - кто приходит соболезнование  выразить должны их как гостей встречать 

 

3 часа назад, АксКерБорж сказал:

С вами все в порядке, Алдеке? А то про какие-то инвестиции стали заговариваться. Или это выходки салафита?

 

Я не салафит и не вахабит, чтоб это понимать необязательно быть ими, а про инвестиции, это я так выразился экономическим термином вашем случае, у вас психология раз дал, значит нужно это отработать, получается вы добро продаёте 

[АксКерБорж]

В 24.10.2026 в 22:19, Лимфоцит сказал:

у вас это как инвестиция, даёте 5-10тыс тенге, и эти деньги надо отработать, посещаете не пропускаете конакасы, 7,40 дней, год

про инвестиции, это я так выразился экономическим термином вашем случае, у вас психология раз дал, значит нужно это отработать, получается вы добро продаёте 

 

Если казахи на поминках дают семье умершего каждый исходя из своих возможностей деньги на "бата" или "құранға", это вовсе не означает, что они оплачивают стоимость угощения, это наша традиция. Сейчас дают деньгами, в прошлом помогали кумысом, скотом или помогали чем-либо другим, могу привести цитаты из этнографических трудов.

У вас какое-то извращенное мышление, какое-то базарное "купи-продай", я подозреваю откуда у вас это.

Казахи ходят на поминки не покушать, как вы это себе представляете и может вы сами так делаете, а все казахи ходят чтобы почтить память умершего и поддержать тем самым его семью и близких, а также "топырақ салу" (бросить горсть земли в могилу), "сауабын алу" (сделать благое дело в честь покойника), "әмин деп, қол жайып құранға қатысу" (принять участие в молитвах по усопшему) и т.д.

 

В 24.10.2026 в 22:19, Лимфоцит сказал:

Сам же писал, ходили к одним на похороны, типа нас не накормили

 

Я такое никогда не писал, поэтому прошу привести этот мой пост.

Если не приведете, то значит вам нет никакого доверия и с вами даже не стоит вести любое обсуждение.

 

 

[Лимфоцит]

6 минут назад, АксКерБорж сказал:

 

Если казахи на поминках дают семье умершего деньги на "бата" или "құранға", это вовсе не означает, что они оплачивают стоимость угощения, это наша традиция. Сейчас дают деньгами, в прошлом помогали кумысом или чем-либо другим помогали, могу привести цитаты из этнографических трудов.

У вас какое-то извращенное мышление, какое-то базарное "купи-продай", я подозреваю откуда у вас это.

 

 

Это у вас такое мышление

 

7 минут назад, АксКерБорж сказал:

Я такое никогда не писал, поэтому прошу привести этот мой пост.

 

Писали, к татарам ходили, и вас не накормили, что были в неудомение, как так, я вам ещё тогда ответил - дома поешь, у людей горе, у вас у них поесть на уме 

[АксКерБорж]

2 минуты назад, Лимфоцит сказал:

Это у вас такое мышление

Писали, к татарам ходили, и вас не накормили, что были в неудомение, как так, я вам ещё тогда ответил - дома поешь, у людей горе, у вас у них поесть на уме 

 

С вами всё ясно, в игнор.

 

[Лимфоцит]

Вам лучше удалить эту тему, это ваших интересах 

[АксКерБорж]

В 20.10.2026 в 17:00, АксКерБорж сказал:

Ц. де Бридиа:

"... Когда кто-нибудь среди них [Татар] смертельно заболевает, то около его юрты воздвигается шест [длиной] девять локтей, в обмотанный черным войлоком ... Также с ним хоронят кобылицу с жеребенком, коня с уздой и седлом... одного же коня съедают друзья".

М.И. Красовский "Образ жизни казахов степных округов. Погребение и поминки", 19 век:

"... Перед опущением в могилу, место для которой выбирается на каком-нибудь видном пригорке, но по возможности близко от воды, идет опять молитва, и труп кладут в камеру, сделанную в одном из стен могилы … Выставляемая на особом видном месте, юрта покойника на время украшается лучшими его вещами, доставшимися в наследство разным родственникам, как-то: коврами, одеялами, оружием и проч.; около нее ставятся верблюды и лошади из тех, которых наиболее жаловал умерший, у дверей ставится длинный шест, на котором развевается черный флаг".

 

По моему, это единственное сохранившееся наглядное изображение шеста с траурным черным флагом.

МАЭ

М.А. Круковский

Аул близ Кустаная

1908 год

 

Это тоже одна из многих деталей наших древних исконных традиций, которая явно не стыкуется с канонами ислама.

Уверен, что сторонники "выбора в пользу ислама в ущерб исконных традиций" ни за что не согласятся возродить даже эту одну деталь нашей культуры.

Потому что для нашей нынешней "той части" молодежи черный траур из-за их непросвещенности наверняка ассоциируется с христианством, точно так же, как древняя тамга племени керей с христианским крестом. ))

 

[АксКерБорж]

В 25.10.2026 в 10:31, АксКерБорж сказал:

Если казахи на поминках дают семье умершего каждый исходя из своих возможностей деньги на "бата" или "құранға", это вовсе не означает, что они оплачивают стоимость угощения, это наша традиция. Сейчас дают деньгами, в прошлом помогали кумысом или помогали чем-либо другим, могу привести цитаты из этнографических трудов. 

 

Этнографы про 19 - нач. 20 в.в.

У. Джанибеков:

"... Как бы ни ссорились, ни враж­довали аулы, у "свежей могилы" забывались все обиды. В дни, овеянные дыханием смерти, никто не смел вспоминать размолвку. Родичи, друзья и сверстники по­койного приезжали на похороны со своими юртами, убойным ско­том, кумысом, поминальными ле­пешками, баурсаками, сладостями, ибо поминальный дастархан дол­жен быть разостлан для всех, кто изъявит желание находиться в эти траурные дни вместе с род­ственниками умершего".

Ш. Ибрагимов:

"... Киргизы, являющиеся на "ас", если не все, то, по крайней мере, вблизи кочующие, по получении известия о поминках, начинают готовить "кымыз", кумыс, подливая каждый день по немного свежего молока в "сабу", кожаный мешок, в котором они обыкновенно держат этот напиток [3]. Каждый из следующих на поминки с кумысом старается привести к назначенному времени лучший кумыс, так сказать, не ударить лицом в грязь. Кроме того, близкие родственники привозят главе семейства, который устраивает праздник, "аза", подарки, состоящие из лошадей, верблюдов, меховых халатов, бухарских ковров, русских и бухарских материй, и т.п.".

 

[АксКерБорж]

В 22.10.2026 в 17:24, АксКерБорж сказал:

Все наши предки, ваши в том числе ваши, так не считали и в тяжелую минуту жизни просили и до сих пор просят помощи, поддержки и защиты у "аруақ[ов]" - духов своих самых близких родичей. 

 

У. Джанибеков «Труды по казахской этнографии»:

(кстати, он уроженец Отрарского района Южно-Казахстанской области, происходит из рода Жаманбай племени Конгират)

 

"… Как с мусульманством, так и домусульманскими верованиями переплетаются у казахов обряды почитания умерших. Здесь мы видим, как в борьбе за существование здоровая стихия народ­ного мировоззрения выработала определенное отношение, как к жизни, так и к небытию. То по­вышенное внимание, которое уде­ляли наши предки уходящему, было обращено не столько в прош­лое, сколько в настоящее и гряду­щее. Культ предков, как культ старших, бытовавший в казахском ауле, связан, прежде всего, с мораль­но-этическими и нравственными устоями. Он являлся для народа здоровой основой и залогом сох­ранения себя как этнического цело­го в пору трудных исторических потрясений и горьких испытаний. В этом аспекте затрагиваемый нами вопрос сыграл, безусловно, объек­тивно-прогрессивную роль".

 

[АксКерБорж]

 

       "… По установившейся традиции правую сторону юрты, где по обык­новению спят старики, всегда ос­тавляли свободной. И если в семье кто-то умер, то покойника на смертном одре также укладывали на этой стороне. Умершего из дома выносили вперед ногами, этим под­черкивалось, что он покидает его навсегда. Если хоронили состоя­тельного степняка, рядом с его юртой ставили вторую, траурную, застлав ее пол коврами, установив с правой стороны кровать, покры­тую черным ковром, на которой тело покойника должно было оста­ваться до окончания церемониала прощания с усопшим.

       Обычно в такой юрте сидели мулла и старики, убитая горем жена с распущенными волосами. Дочери или сестры, накинув на пле­чи черные шали, оплакивали умер­шего, встречая скорбным напевом - жоктау (жоқтау) всех, кто при­шел почтить его память. Лица муж­ского пола в это время подпоясы­вались кушаками из темной ситце­вой ткани и становились в ряд у юрты, соответственно возрасту, за­нимаемому в семейном клане по­ложению, для встречи с теми, кто решил разделить горе утраты. Опираясь на посохи в знак скорби, они поочередно обнимались с каж­дым, обмениваясь траурными при­ветствиями, и заходили в юрту вместе с ними лишь на время чтения молитвы и произношения слов успокоения - жубату (жұбату).

       Как бы ни ссорились, ни враж­довали аулы, у "свежей могилы" забывались все обиды. В дни, овеянные дыханием смерти, никто не смел вспоминать размолвку. Родичи, друзья и сверстники по­койного приезжали на похороны со своими юртами, убойным ско­том, кумысом, поминальными ле­пешками, баурсаками, сладостями, ибо поминальный дастархан дол­жен быть разостлан для всех, кто изъявит желание находиться в эти траурные дни вместе с род­ственниками умершего".

 

[АксКерБорж]

 

       "... У казахов тургайских степей бытовала старинная традиция вод­ружать пику справа при входе в юрту, с одной стороны - как обе­рег благополучия жившей в ней семьи, с другой - как знак присут­ствия в доме мужчины. По-види­мому, этот обычай в измененном виде заимствован казахами от своих предков: в древности муж­чина вешал свой колчан перед юртой или повозкой приглянувшейся женщины и вступал с ней в интимную связь.

       А вот к юрте покойника с пра­вой стороны полагалось прикрепить на острие пики траурное полот­нище. Это было самым большим знаком почитания покойного, зна­ком печали: траурный стяг, укреп­ленный на острие пики.

       Этот стяг, водруженный Байда­лы с правой стороны траурной юрты на другой же день после смерти Божея, свидетельствовал о том, что память покойника будет почтена особо торжественно. Это обозначало, прежде всего, что по­читание его памяти не прекратится в течение целого года, после чего будет устроен ас - поминальный пир".

 

[Rust]

Когда В. Радлов посещал Среднюю Азию, он отмечал, что кыргызы обязательно ставят копье возле юрты, это он объяснял их воинственностью. Отмечал также, что казахи перестали ставить копье.

[АксКерБорж]

 

В 26.10.2026 в 10:20, АксКерБорж сказал:

У. Джанибеков «Труды по казахской этнографии»:

 

       "... По другому старому обычаю, была совершена общая молитва, и к двери траурной юрты с проти­воположных сторон подвели двух коней и привязали к косяку. Один был огромный, жирный, темно-ры­жий, с крутой шеей, другой - подтянутый, стройный, темно-се­рой масти. На рыжем коне Божей ездил зимой, темно-серого холил с начала этого лета.

       И подойдя к нему, он отрезал его челку, потом захватил хвост и, хрустя ножом по конскому во­лосу, отрезал его вровень с коле­нами. Так же он подстриг и темно-серого коня. Потом оба меченых коня были отпущены в табун на отгул. За год отдыха они разжи­реют, и тогда их забьют на по­минках хозяина. Байдалы посмотрел вслед ко­ням.

       У темно-серого - грива и хвост черные. Пусть он будет траурным конем. Во время кочевок он будет ходить под седлом хозяина, покры­тым черным,- решил он. Здесь же, у траурного стяга, старейшины решили, какое коли­чество скота и имущества следует выделить им на похороны.

       Поминки устраивались на 7-й и 40-й после смерти дни и через 1 год, как в данном случае. А по наиболее почитаемым людям поминальные асы, где помимо уго­щения, организовывались скачки, борьба, устраивались и через четы­ре года, после чего траур снимался. Победителям скачки, борьбы "казақша курес" присуждались ценные призы. Например, для байги выде­ляли 9 голов животных во главе с верблюдом, борцам - хоро­шего коня, шелковый халат с бориком (шапка с меховой опушкой).

       Своеобразен у казахов культ по­читания памяти усопших. По древ­ней традиции обычно ничто не должно напоминать о покойнике, преданном земле, и потому казах не утруждал себя сооружением надгробий на могилах. Мавзолеи, каменные стелы, надгробия, явив­шиеся материальным воплощением культа предков, возводились лишь на могилах мусульманских "свя­тых", особо почитаемых в народе биев - старейшин родов, отличавшихся справедливостью, батыров, прославившихся воинской доблес­тью, акынов, певцов-импровизато­ров, музыкантов-исполнителей, ставших любимцами публики".

 

[Лимфоцит]

В 20.10.2026 в 16:37, АксКерБорж сказал:

6. Казахи устраивают поминки (ас) на 7, 40, на западе Казахстана - 100 дней, далее год и три года. (АКБ: у нас вплоть до 2000-х годов в сельской местности всегда проводили поминки - 1. в день похорон; 2. на 3-й день (үші); 3. на 7-й день (жетісі); 4. на 40-й день (қырқы); 5. на годовщину (жылы), .

 

https://vt.tiktok.com/ZSgtC3Ssj/

[АксКерБорж]

 

Ибрагимов Ш.М. "Очерки быта киргизов":

(сер. 19 века. Юго-Западная Сибирь. Степной край)

Поминки.

       "... Поминки "ас" составляют одно из характеристических празднеств киргизского народа. Они совершаются по умершим через три дня, через неделю, в сороковой день после смерти, и, наконец, празднуется годовщина. Годовые поминки празднуются у киргизов лишь по мужчине, по женщине же совсем не бывает пышных поминок.

       Тщеславные киргизы устраивают годовые поминки с большим блеском; тут бывает обыкновенно скачка лошадей с крупными призами и разные другие увеселения, и киргизы при этом не жалеют ничего, лишь бы слава родного аула росла и распространилась повсюду и осталась в устах народа на многие лета и бесконечные времена.

       За месяц и за два, устраивающие поминки (поминки обыкновенно бывают летом), рассылают во все стороны - в дальние о двукон - "хабарчи", т.е. вестовщиков о предстоящих празднествах. Эти хабарчи, разъезжая по знакомым и незнакомым аулам, рассказывают о предстоящем торжестве и сообщают название урочища, где будет стоять во время поминок аул, в котором устраивается праздник; называют день "учак-казу" (АКБ: ошақ қазу), в который предположено рыть ямы для ставки котлов, день "мал-сую" (АКБ: мал сою - резать скот), в который будут резать скот для угощения гостей, день "ас-беру", "батасын-уку" (АКБ: батасын оқу - читать молитвы), в который назначено угощение и чтение молитв и, наконец, день, "ат-шабу", который назначен для скачки лошадей. При этом хабарчи со всеми подробностями поименовывают все призы, приготовленные для скакунов, и называют место или урочище, с которого предполагается пустить лошадей.

 

[АксКерБорж]

 

       "... Киргизы, являющиеся на "ас", если не все, то, по крайней мере, вблизи кочующие, по получении известия о поминках, начинают готовить «кмыз», кумыс, подливая каждый день по немного свежего молока в "сабу", кожаный мешок, в котором они обыкновенно держат этот напиток. Каждый из следующих на поминки с кумысом старается привести к назначенному времени лучший кумыс, так сказать, не ударить лицом в грязь. Кроме того, близкие родственники привозят главе семейства, который устраивает праздник, "аза", подарки, состоящие из лошадей, верблюдов, меховых халатов, бухарских ковров, русских и бухарских материй, и т.п.

       Наконец, настает начало поминок - обыкновенно они продолжаются с неделю, а иногда более, и вот киргизы, со всех сторон, в праздничных нарядах, на лучших скакунах, едут в тот аул, где готовится праздник".

 

[АксКерБорж]

 

       "... Я опишу поминки одного довольно богатого киргиза, по имени Чальдика (в Западно-Сибирской степи), которых был свидетелем в июне месяце 1869 года, через два года после смерти покойного.

       Аул Чальдика, бывший на летней кочевке, к назначенному времени принял праздничный вид. С приготовленными в стороне от аула кибитками, числом до 30, -обыкновенно устраивающие поминки ставят кибитки для гостей совершенно отдельно от аула, шагах в 50 или 100, -аул Чальдика ожидал к себе близких и дальних гостей. Окрестные аулы, уступив для этого торжества свои кибитки, под "джабпа".

       Я отправился на праздник с партией, во главе которой был один киргизский султан. Аул Чальдика отстоял от нашего в трехдневном расстоянии.

       Выехали мы из своего аула около 10 часов утра. Не прошло и двух часов после выезда, как нам уже начали попадаться, не спеша ехавшие, тоже на поминки, толпы киргизов; они также, как и мы, ехали без дороги, в разных местах, по одному и тому же направлению. Некоторые везли или на арбе, или на верблюде кумыс. Как водится, издали завидев нас, эти дети природы, оставив одного или двух при кумысе, со всех ног бросались к нам за "хабаром", новостями, до которых киргизы большие охотники. Приближаясь к нам, они сдерживали своих лошадей, подъезжали шагом, на скаку подъезжать предосудительно, - подавали по обычаю обе руки каждому из нас и спрашивали: "мал-джан-аманбы, скот и душа здоровы - ли? –Затем справлялись, откуда мы сегодня выехали и где намерены есть «кунак-асы», пищу гостя, т. е. другими словами, где предполагаем иметь ночлег. Подробно расспросив нас и сообщив, кстати, и нам свои новости, они, согласно с этикетом, проводили нас на некотором расстоянии и затем отправились обратно к своим верблюдам и арбам.

       Между тем, поезд наш приближался уже к тому аулу, где должны были происходить поминки; еще издали услышали мы крик, шум, пение, музыку, рев верблюдов, ржание коней; все это сливалось в общий беспорядочный гул. Люди в ауле бегали и о чем-то хлопотали, иные верхом на лошадях мчались из аула к поставленным для гостей кибиткам, позади которых стояли в кучках, привязанные одна к другой, оседланные лошади, между тем, как хозяева последних сидели в кибитках, упиваясь кумысом и слушая песни бойкого импровизатора, или, расположившись кружками за кибитками, рассуждали о своих домашних делах. Благодаря огромному съезду народа, на поминках, действительно, решаются часто дела давние и важные. Многие киргизы с большим нетерпением ждут такого большого съезда, с надеждой дождаться решения, зная пословицу: "Мясо, спущенное в большой котел, не может не довариться".

       Нас встретили два сына хозяина, выбежавшие с криком: "тюря кельды" султан прибыл (киргизы называют султанов тюря), и пригласили нас всех в отдельную, приготовленную для нас кибитку. Не прошло и пяти минут, как мы были окружены толстыми киргизами, почетными лицами аула, прибывшими к нам для приветствия. Входя в кибитку, где мы сидели, они, по обычаю, приветствовали султана словом "алдияр", и каждый справлялся о его здоровье. Не медля, явились, с балалайкой в руках, народные певцы и также спешили поздравить султана с благополучным приездом и спели ему славословие, в котором восхваляли его добродетели, богатство и пр. Затем, явился на разосланной перед нами скатерти большущий грязный самовар тульской работы, и беглый татарин, как знаток этого дела, принялся разливать нам чай. Несколько человек втащили к нашу кибитку самую большую "сабу" с кумысом и один из них громко произнес, что саба принадлежит такому-то. Старший сын хозяина, много хлопотавший о наших удобствах, приказал своему родственнику наливать кумыс. В несколько минут, родственник его, обставив себя небольшими деревянными чашками, налил в самую большую из них кумыс и стал усердно "сапырить" его, то есть, болтать большим разливательным ковшом. После чая, султан отправил несколько человек, под предводительством одного муллы, в кибитку покойного прочесть там молитву по усопшем. Султан привез "аза", подарок, состоящий из одной лошади. В кибитке покойного, по обыкновению, находились и все ему принадлежавшие вещи; на протянутых по разным направлениям веревках висели разные халаты, ценные и неценные шапки, седло, нагайка, шлем, кольчуга, ружье, сабли, пика, несколько поясов и других предметов. Вдова сидела у своей постели, против двери, с распущенными волосами, окруженная женщинами, которые не то пели, не то причитали на разные лады о вдовьем горе и о добродетелях покойника".